— Отчего же? — изумился герцог, — Мне гораздо проще будет от тебя избавиться, раз уж ты встал на моём пути. Ты здесь. Что же помешает моим рыцарям размяться и принести мне столь знатный трофей, как твоя голова?

— Вот они, — спокойно ответил Диро, медленно поднимая руки и демонстрирую их Грэгу, — Головами скольких рыцарей ты готов расплатиться, чтобы получить этот трофей? — передразнил он, — Не думаешь же ты, что я сдамся без боя?! В добавок, всё что у меня пока есть — это титул. Большую часть страны контролируют сторонники Канцлера. Убив меня, ты окажешь ему услугу и укрепишь своего врага. Ехидные улыбки начали сползать с лиц рыцарей.

— Допустим, — неохотно согласился герцог осознавая, что этот орешек будет трудно раскусить, — И что же ты мне предложишь? Начались тяжёлые переговоры.

Ферро отвлёкся от воспоминаний.

— Но ты же прекрасно знаешь, что Диро пришлось отдать герцогам западное приграничье, в обмен на то, что те признали его власть и остановились. Так что эта битва лишь прелюдия к новой войне!

— Боги! Что за народ?! — вознёс к небу руки Каш, — Быть может наша степь не столь плодородна и большого населения прокормить не может.

От чего у нас принято ценить человеческую жизнь, даже если это жизнь твоего врага. Но здесь! Послать на убой стольких! Это всё равно, что хоронить будущее своего народа! Кто будет восстанавливать эту землю, когда Дух Войны уйдёт?

— Довольно! — попросил Ферро, — К чему казниться? Победителей не осудят, а побеждённых не вспомнят. К тому же всегда есть старина Белум, а значит своё мы всегда получим! Каш бессильно повесил руки.

— Когда он объединял племена под стягами вождя Кумэ я верил… Я видел, что передо мной великий человек, знающий и меру и честь. Но этот… не тот кого я знаю! Хорошо, что Император не дожил до этого момента… Не таким он желал бы видеть свой дом.

Глава 51

— Армии сойдутся в бою и этого не изменить. Всё решиться здесь и сейчас! — Ферро был максимально категоричен. Он рубанул по воздуху рукой разрубая невидимый узел.

— Но… хотя бы как? Объясни как он собирается победить?! — потребовал Каш обращаясь к картам.

— Мы выступим единым фронтом, — начал объяснять Ферро, демонстрируя диспозицию на карте, — На фланги встанут дом Рекия и Далагера. В центре дружина Иверского всадника, наёмники и малые дома. А тыл им будут прикрывать части Айдена.

— Подожди. Что же это получается? Рекия и Делагера лучшее, что у нас есть, они-то сдержат любой натиск. Но дружина всадника не выдержат массированной атаки, да и наёмники не лучше. Их сметут!

— Верно. Противник начнёт наседать на них, прорвёт ряды и станет преследовать желая развить успех. А потом наткнётся на части Айдена и наступление захлебнётся. Уж эти ребята смогут об этом позаботиться! Одновременно с этим наши фланги начнут обходить их и зажимать в клещи.

— Это подло! В рядах Иверской дружины большинство ополченцы. Мы обрекаем их на гибель. Да и их командир достойный человек и отец своим людям. Он не заслуживает такой участи.

— Соглашусь, но лишь в том, что пыла и рвения им не занимать.

Сражаются они доблестно, да вот только вилами битву не выиграть!

Увы, они худшее из того, что мы имеем. Поэтому если придётся кем-то жертвовать, то лучше ими. А наёмников… тех вообще не жалко в расход пускать. Каш сплюнул.

— Это предательство! — настаивал он.

— Это необходимая мера! — отвечал Ферро, — Жертва, которая принесёт нам победу!

— Конечно, тебе легко говорить! Ведь не собой ты жертвуешь!

— Поверь, на мой удел хватит и жертв и риска. Я возглавляю отряд.

— Будешь отсиживаться в тылу?! — укорил друга Каш.

— Отнюдь, у меня особое задание. Впрочем как и у тебя. Тебе уже сообщили? — Каш отрицательно мотнул головой, — Диро хочет, чтобы ты возглавил резерв.

— Твою… — Каш сжал кулаки от злости так, что костяшки пальцев побелели, — Сначала этот план, а теперь ещё и за укреплениями отсиживаться, так что ли?!

— Не разыгрывай идиота, — устало ответил Ферро, — Бой будет решающим и своевременное подкрепление может изменить его исход. Ты же это понимаешь.

— Да, но… сидеть здесь, когда моё место там…

— Каш, дай тебе волю, ты бы ещё вместе с иверскими дружинниками встал, — снисходительно заметил Ферро.