Читаем Берлин - 45 полностью

Второго ноября немцы повели мощнейшую атаку, бросив в бой до ста танков при поддержке густых цепей пехоты. Корпус одновременно закрывал путь немецким танкам к Орджоникидзе и не пропускал противника в Суарское ущелье, через которое, в случае успеха, немцам открывался прямой путь к Военно-Грузинской дороге — важнейшей коммуникации, по которой шёл основной подвоз. Генерал Рослый приказал так расставить артиллерию и зенитки, что каждая новая атака стоила противнику десятка танков и бронетранспортёров. И всё же противник постепенно, день за днём, продвигался вперёд на этом узком участке.

Основу ударной группы 1-й танковой армии составляли 13-я и 23-я танковые, 2-я горнострелковая дивизии и 800-й полк особого назначения «Бранденбург». Вскоре между Фиагдоном и Дзуарикау немцам удалось пробить брешь и продвинуться в направлении на Орджоникидзе на 18 километров. Ширина прорыва от Дзуарикау до западных окраин Орджоникидзе, где были остановлены немецкие танки, составляла всего четыре километра.

Разведка сразу же определила расположение головной группировки. «Проводя такую глубокую операцию, — писал в своих мемуарах И. П. Рослый, — немцы рассчитывали на панику среди частей 9-й армии, которую они намеревались окружить и уничтожить. А чтобы не выталкивать наши войска из этого района, гитлеровцы очертя голову ломились вперёд, не заботясь о расширении прорыва в сторону флангов. Главный удар ста танков, поддержанных таким же количеством самолётов, пришёлся по центру обороны 34-й стрелковой бригады. В результате 2-й стрелковый батальон, которым командовал старший лейтенант Сатаев, понёс очень большие потери. Сильно пострадали и примыкающие к нему 3-й и 4-й батальоны. Боевые порядки бригады, точно огромным ножом, были разрезаны пополам.

Но паники не возникло. Все, кто уцелел, продолжали сражаться, развернув свои фланги в сторону вклинившегося противника. На помощь бригаде спешили другие части, которые стали занимать оборону на растянувшихся открытых флангах неприятеля».

К 3 ноября 1942 года немцы и румыны основательно втянулись в прорыв, который по периметру составлял сорокакилометровый коридор. Своими очертаниями он напоминал мешок. Когда командиру корпуса принесли из оперативного отдела карту с закрашенным синим карандашом «мешком», он тут же набросал план возможного контрудара на отсечение ударной группировки противника от основных сил и уничтожение его согласованными ударами с оголённых флангов.

Командующий войсками Закавказского фронта генерал армии И. В. Тюленев одобрил план Рослого:

— Противник забрался в ловушку, которую вы хотите захлопнуть. Это разумно. А подкрепление мы дадим.

Рослый просил усилить корпус танками и артиллерией. Рассматривая на карте положения сторон, генерал Тюленев вдруг спросил:

— А вы, Иван Павлович, не боитесь, что немцы ударят из Гизели на север, вот сюда, займут Архонскую и начнут гулять по тылам 9-й армии?

— Нет, товарищ командующий, теперь это исключено. Из Северной группы войск мне переданы пять истребительно-противотанковых артполков. Сейчас они окапываются именно в районе Архонской, куда немцы ударят обязательно. Здесь-то мы их танки и сожжём.

В помощь корпусу вскоре подошёл 10-й гвардейский стрелковый корпус. В операции по охвату немецкой группировки участвовали четыре танковых бригады, артиллерия 9-й армии и самолёты 4-й воздушной армии.

Из воспоминаний И. П. Рослого: «Войска нашего корпуса начали наступление в 9 часов 30 минут 6 ноября. 57-я стрелковая бригада с 5-й гвардейской танковой бригадой наступали в направлении Дзуарикау. Поначалу обе бригады успешно продвигались вперёд. Однако подошедшая с запада большая группа танков противника остановила их на полпути к цели, и все наши старания возобновить продвижение этих бригад оказались напрасными. Населённым пунктом Дзуарикау они не овладели, задачу не выполнили. Но зато прикрыли от удара с запада своих соседей — 10-ю гвардейскую стрелковую и 63-ю танковую бригады, обеспечив им свободу действий в восточном направлении. Наступление 10-й гвардейской стрелковой бригады, образцово сражавшейся под Эльхотово и теперь буквально с ходу снова вступившей в бой, развивалось успешно. Её части, поддержанные танками, артиллерией, миномётами, нанесли стремительный удар в направлении высоты 370,3, разметали пытавшихся оказать сопротивление гитлеровцев и вышли к селению Майрамадаг, где соединились с группой полковника Ворожищева. Короткий кинжальный удар бригады полковника Бушева[99] достиг цели.

Так в первой половине дня 6 ноября была проведена операция по окружению фашистских частей, прорвавшихся в район Гизели. С этого момента противник стал думать не о захвате Орджоникидзе, а о том, как бы побыстрее вырваться из западни».

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги