Читаем Берия полностью

Переговоры с Молотовым прошли, против ожидания, гладко. За несколько дней до поездки с Хрущевым за город служба безопасности, не уведомив Вячеслава Михайловича, сменила его личную охрану. Молотов давно с тревогой и подозрением присматривался к этой нечистой паре, Маленкову – Берия. Они оттеснили его на второй, нет, на самый задний план и теперь готовят нечто худшее. Он был непоколебимо туп, многолетний сподвижник Сталина, но инстинктом самосохранения природа его тоже не обделила. Обещав свою безусловную поддержку Хрущеву, Молотов предполагал, что тот одним ударом покончит и с Берия, и с Маленковым. Но Никита Сергеевич надеялся разорвать прочный тандем. Да и так ли уж прочен он был? Разве Маленкову наравне со всеми не грозила скорая расправа?

Хрущев опасался решительного разговора с Маленковым: вдруг выдаст с головой? Но лишь только он приступил к этому щекотливому делу, как Маленков сразу согласился встать на сторону большинства. В тот же день Хрущев предложил ему прощупать Ворошилова. Сам он не мог надеяться на успех.

Маленков отправился на Воздвиженку. Председатель Президиума Верховного Совета не ожидал такого поворота событий:

– Да не вопи ты ради бога,– остановил его Маленков.– Здесь никого нет, кроме нас с тобой. Ты же ничего не знаешь, с нами все члены Президиума. Если мы не примем экстренных мер, он передушит нас поодиночке, неужели не понятно?..

Ворошилов сразу сник.

– Да, я давно опасаюсь этого человека. Он способен на все. Надо действовать. Считайте, что я с вами – так и скажи Никите Сергеевичу.

И вот единство достигнуто. Булганин с Жуковым приступили к мобилизации сил. Но как создать мощную боевую группу войск на подступах к Москве и в самой столице скрытно от агентов Берия? Бывший начальник Генерального штаба генерал армии Штеменко и генерал Артемьев, командующий войсками МВО,– его ставленники. Артемьев ранее командовал дивизией внутренних войск МВД.

Министр обороны Булганин удалил его из Москвы под благовидным предлогом на летние маневры – они уже начались в районе Смоленска. День ареста Берия назначен на 26 июня. Как только Лаврентий Берия явится на заседание в Кремль, будут подняты по боевой тревоге все военные академии и в столицу войдут особо надежные дивизии.

Под Москвой дислоцировалась дивизия корпуса внутренних войск имени маршала Лаврентия Берия. Их окружат по приказу министра обороны. Один полк бериевских войск размещался в Лефортовских казармах. Казармы поручено заблокировать.

Все члены Президиума ЦК знали о предстоящем заседании в Кремле, но только трое – Маленков, Булганин и сам Хрущев – знали о том, что произойдет на этом заседании, каков общий план операции. И еще один человек был посвящен во все детали дела – маршал Жуков. Но он был лишь кандидатом в члены ЦК.

И вот он настал, этот день. Комендант Кремля генерал Веденин вызвал из-под Москвы полк, которым командовал его сын. Школа курсантов имени ВЦИК была поднята в ружье, Кремль буквально наводнен войсками.

26 июня 1953 года. В этот день, в час дня, Никита Хрущев позвонил командующему войсками МВО генералу Кириллу Сергеевичу Москаленко по кремлевской вертушке:

Москаленко:

– Найдутся, Никита Сергеевич.

Хрущев:

– Возьми с собой четырех человек. И пусть прихватят сигары.

Москаленко:

– Какие сигары?

Хрущев:

– Ты что, забыл, как это называлось на фронте?

Генерал вспомнил. Хрущев имел в виду револьверы.

Хрущев:

– Во дворе Генерального штаба тебя с людьми будет ждать Булганин. Поторопись.

Москаленко тотчас вызвал офицера для поручений Виктора Ивановича Юферева и сообщил о задании Хрущева. Он спросил подполковника:

– Как ты думаешь, можно положиться на Батицкого?

Павла Федоровича Батицкого, первого заместителя командующего войсками ПВО, Юферев знал как надежного человека, боевого генерала. Он добавил, что можно также вполне положиться на Алексея Ивановича Баксова, начальника штаба.

– Кого бы нам еще прихватить? – спросил Москаленко.