Читаем Берегитесь Ченов полностью

– Ах, фотки-фоточки! – восклицает старшая тетя, появившись из ниоткуда. Она хватает Стафани за руку и оттаскивает от меня. – Давай, сфотографируй нас. – Как только она начинает тащить за собой Стафани, к нам тут же подходит ама. Господи, у этих женщин что, есть какая-то волшебная способность появляться из воздуха?

– Вай, будьте осторожнее, да, – говорит ама, вежливо улыбаясь старшей тете. – Камера Стафани очень хрупкая, – добавляет она и кладет свою руку на запястье старшей тети. Да, казалось бы, невинный жест, просто положила руку, но не тут-то было. Я стою достаточно близко, чтобы увидеть, что ама сильно сжимает запястье старшей тети.

Старшая тетя улыбается ей.

– О да, конечно, я знаю, что она очень хрупкая и очень легко ломается, прямо как кости, правда? Сломать-то легко, а вот вернуть в прежнее состояние уже гораздо сложнее. Вот почему я так крепко держу ее, чтобы с ней ничего не произошло и она случайно не упала, например.

Услышав это, Стафани не верит своим ушам, собственно так же, как и я. Она сначала с неприкрытым ужасом смотрит на старшую тетю, а затем переводит взгляд на свою явно недовольную бабушку.

– О, это так мило с вашей стороны, но моя внучка очень осторожна, вам не нужно беспокоиться, ладно?

– Эм, это какая-то китайско-индонезийская фигня? – шепчет мне Нейтан.

– Да, это совершенно нормально! – шепчу я в ответ. – Это… э-э…

Всякий раз, когда люди задают вопросы, связанные со странным поведением моей семьи, у меня всегда наготове есть простой ответ, который удовлетворит даже самых любопытных. Именно его я и собираюсь сейчас использовать.

– Это плохая примета.

– А, ладно. – Нейтан кивает.

Отличная работа, Мэдди. Перестала врать мужу, как и обещала, да? И все же, как, черт возьми, мне объяснить, что происходит прямо сейчас? Ведь я сама не знаю, что происходит, но понимаю, что мне нужно это как-то остановить.

– Старшая тетя, эм, как насчет того, чтобы составить мне компанию и э-э-э… О, знаешь что? У меня есть для тебя подарок, который я очень хочу тебе подарить, прямо сейчас. Он в моей комнате.

– О, такая заботливая девочка, – восклицает ама, и, клянусь, ее голос буквально пропитан ядом. – Да, хорошая идея, предлагаю сейчас устроить перерыв, гости могут пойти в сад на фуршет, а ты пока подправишь макияж, подаришь подарки семье, а потом вернешься к гостям на фуршет, ладно?

– Отлично! – отвечаю я с фальшивой радостью. А далее наблюдаю с выпученными глазами, как ама пытается уговорить старшую тетю отпустить руку Стафани. С большой неохотой старшая тетя все же отпускает ее, а ама в то же время отпускает руку старшей тети. Обе улыбаются друг другу фальшивыми улыбками, а затем ама резко берет Стафани за руку и тащит за собой.

Я поворачиваюсь к Нейтану и вижу, что он стоит позади меня просто в шоке. Он понял. Он точно понял, что что-то не так, он же не тупой.

– С твоей семьей все хоро…

– Нейтан, Мэделин, о боже милостивый, это была прекрасная церемония! – подходит Энни и целует нас в щеку. – Ты прекрасно выглядишь. Не так ли, любимый? – Она оборачивается, по-видимому, ожидая увидеть за собой отца Нейтана. – О, куда это делся твой папа? Я хотела, чтобы нас сфотографировали с вами двумя.

Старшая тетя хлопает меня по руке и говорит по-индонезийски:

– Я поднимусь наверх, проверю сама знаешь кого.

– Подожди! – шепчу я.

Не могу позволить ей подняться наверх одной. Вдруг что-то пойдет не так? Что, если уборщица придет, чтобы убрать номер, пока она там? Или, еще хуже, в комнате уже убирают прямо сейчас? Я начинаю вспоминать, хватило ли у меня ума повесить на двери табличку «Не беспокоить». Я не знаю точных правил похищения людей, но, думаю, правило «Регулярно проверяй своего заложника» должно быть явно в первой пятерке. Может быть, даже в первой тройке. Так что я не могу спихнуть эту работу только на старшую тетю.

– Я пойду с тобой. Чтобы отдать тебе твой подарок, помнишь? – Она уже было собирается возразить, но я быстро поворачиваюсь к Нейтану: – Я поднимусь ненадолго в комнату, ладно? Просто я приготовила подарок для старшей тети и еще хочу, э-э, макияж подправить…

– Да, конечно. – Он улыбается и целует меня в лоб. – Хотя ты и так выглядишь идеально.

– Спасибо. Энни, я быстро сбегаю, а потом вернусь, и мы сразу с вами сфотографируемся.

Энни собирается что-то сказать, когда ее перебивает старшая тетя:

– Мэдди, как ты можешь называть старшего по имени? Это так грубо!

– Ой, э-э, все в порядке, дорогая, – говорит Энни.

– Не в порядке. У твоей мамы инфаркт будет, если она это услышит! – восклицает старшая тетя. – Но мы поговорим об этом позже. Ладно, тудл пип, покасики. Мы пошли.

Она берет меня за руку и тащит за собой. Я бросаю извиняющийся взгляд на Энни, которая остается стоять там в полном недоумении. Нейтан явно пытается не рассмеяться, а потом наклоняется к ней и что-то говорит. Ну, по крайней мере, он, похоже, уже забыл о странном разговоре между старшей тетей и амой.

Как только мы отходим подальше, где никто нас не может услышать, старшая тетя говорит: