Читаем Берегитесь Ченов полностью

– Нет, твою ж! Просто… не надо. Мне просто… мне нужно время подумать. – Я поворачиваюсь спиной ко второму дяде и начинаю глубоко дышать. Вдох-выдох, вдох-выдох.

– Давай позанимаемся тай-чи, – предлагает вторая тетя, протягивая руку, но я отталкиваю ее.

– Все нормально, все хорошо, ничего страшного, вы просто взяли и ПОХИТИЛИ второго дядю. Какого хрена?

Второй дядя начинает что-то кричать через кляп, но четвертая тетя тут же стукает его по голове и рявкает:

– Тихо!

– Господи, четвертая тетя!

Она смотрит на меня так, словно хочет сказать: «Что плохого в том, чтобы немного поколотить этого негодника?»

Я хочу что-то сказать, но не могу вымолвить ни слова.

– О Мэдди, ты расстроилась, – вздыхает ма.

– Ну, как бы да? Типа того? Знаете ли, довольно трудно не расстроиться, когда к твоему унитазу привязан реальный человек.

– Мэдди, успокойся, мы все объясним, – тихо говорит старшая тетя. А когда старшая тетя говорит спокойно, вот таким тоном, никто не смеет пойти ей наперекор. Я даже видела, как бродячие кошки начинали ее слушаться, когда она использовала этот голос.

Я вздыхаю и киваю в ответ.

– Ситуация немного накалилась, когда ты ушла из номера, – начинает старшая тетя.

Ма кивает и добавляет:

– Да, мы… э-э… мы немного повздорили со вторым дядей.

Услышав это, второй дядя начинает дергаться и мычать, но быстро замолкает, когда четвертая тетя на него замахивается.

– Вай, он говорил всякие вещи, – начинает кричать ма. – Очень плохие вещи, такие ужасные, что у меня аж уши в трубочку сворачивались.

– Что он говорил? – спрашиваю я.

– Ай, много всего, да, – отвечает ма. – Он говорил, что мы такая плохая семья, мы плохо воспитывали наших детей, вот почему они все уехали и нас бросили…

На лицах старшей тети и второй тети читаются грусть и обида, а вот ма как-то колеблется.

– Ну, это подло, да, но это же всего лишь слова, – заявляю я. Хотя, по правде говоря, прихожу в ярость от одной лишь мысли, что он вот так обидел старшую тетю и вторую тетю. Это удар ниже пояса, да еще и свадебным утром, когда у всех эмоции и так зашкаливают. В этот момент отчасти я даже рада, что теперь он сидит там, привязанный к унитазу.

Но этому рада лишь небольшая часть меня. Очень крохотная.

– Мне жаль, что он так говорил о вас, – обращаюсь я к ним, но особенно ко второй тете. Для нее, наверное, тяжело слышать такие слова из уст ее недобойфренда.

Вторая тетя фыркает.

– Айя, да и пофиг, что он это сказал. Он думает, что его семья очень хорошая, да? Его семья – мафия! Как он смеет осуждать нашу семью?

Я киваю.

– А дальше что было?

Резко наступает полная тишина. Старшая тетя и вторая тетя поджимают губы. Ма виновато опускает глаза в пол.

– Потом он сказал, что единственная, кто не уехал, оказалась с гнильцой. И вот тут твоя мама уже не выдержала и плеснула свой чай прямо ему в лицо, – торжествующе говорит четвертая тетя. – А чай был горячим, между прочим.

Второй дядя активно кивает и затем, выпучив глаза, сначала смотрит на маму, а потом переводит взгляд на четвертую тетю.

– Айя, да не горячий он был. Слегка теплый, – бормочет ма.

– О боже, ма. – Я не знаю, то ли обнять ее, то ли отчитать. В итоге просто крепко пожимаю ей руку.

– Как он посмел сказать такое о тебе? Моя Мэдди – хорошая девочка, лучшая дочь! Самая лучшая дочь на всем белом свете, – говорит ма, бросая на второго дядю еще один убийственный взгляд, а потом похлопывает меня по щеке. – И посмотри, ты еще и такая красивая невеста. Правда ведь? – обращается она к своим сестрам.

– Да, невероятно красивая, – говорит старшая тетя. Вторая тетя гордо кивает в знак согласия, вероятно, больше восхищаясь не моим лицом, а макияжем. В общем, как обычно, они заговорились и плавно съехали с темы нашего разговора.

– Спасибо, я польщена. Но тем не менее вернемся к разговору про второго дядю. Ма ошпарила его своим горячим чаем…

– Теплым! – огрызается ма.

– А, ну да, теплым. И дальше что?

– Потом он так разозлился! – отвечает ма. – Вай, он прямо с катушек слетел, начал распускать руки…

– О, было так страшно, – добавляет вторая тетя. – Мы очень испугались.

– Ой, ну не преувеличивай, не настолько мы испугались. Мы же не какие-то певицы в беде, – неодобрительно говорит старшая тетя.

Наверняка, тетя имеет в виду выражение «девицы в беде», но тем не менее у меня в голове сразу возникает картинка несчастных Мадонны и Шакиры, которые ждут, пока их вызволят из башни принцы на белых конях. Мне с трудом удается прогнать эти мысли, но если бы я этого не сделала, то уже каталась бы по полу от смеха.

Вторая тетя закатывает глаза.

– Да не какие-то певицы в беде, но все равно мы этого не ожидали.

– Да, не ожидали, поэтому и подумали: ну уж нет, ты не смеешь так нас пугать и угрожать нам, ты очень плохой человек, нам лучше держать тебя под контролем, – говорит старшая тетя.

– Держать его под контролем. И поэтому вы привязали его к унитазу. Как вы вообще… Хотя знаете? Неважно.