Читаем Берег мародеров полностью

который непременно есть у каждого часового и включил его. Все вокруг лежало в руинах. Торец дока превратился в груду раздробленных камней и щебня. Порода здесь состояла большей частью из известняка. За моей спиной на причале стояла цистерна с нефтью и бак с бензином. Какое-то время можно было не бояться нападения с этой стороны. Самую большую опасность представлял пятый док. Теперь весь персонал базы хлынет в доки 5, 6 и 7. Я прислушался. Осыпающийся камень не мог заглушить криков и гвалта, которые доносились от обращенных в сторону главной пещеры концов доков. Забравшись на обломки, я осмотрел при свете фонаря завал, отделявший нас от дока № 5. От пола до свода галереи – сплошная каменная стена, разобрать ее и атаковать нас немцы смогут не раньше, чем через несколько часов, даже если пустят в ход портативные буры.

Убедившись, что с тыла нас не возьмешь, я спустился с кучи камней и присоединился к здоровяку-шахтеру. Пытаясь вытереть заливавшую глаза кровь, он размазал ее по всему лицу.

– Пошли,– сказал я,– надо подтащить пулемет к корме лодки.

Мы бегом вернулись к сходням и вновь присоединились к Дэвису и второму шахтеру. Я быстро объяснил, что из орудия необходимо выстрелить, прежде чем нас задавят. Дэвиса я оставил у орудия. Потом вместе с верзилой-шахтером, которого звали Киван, мы подхватили пулемет и поволокли его на самую корму. Третий шахтер. Треворс, нес диски, карабин и несколько гранат.

Глава 3

СЮРПРИЗ ДЛЯ НЕМЦЕВ

Оставив Дэвиса управляться с орудием, я взобрался на мостик «У-21». Тут я включил лодочный прожектор и развернул его так, чтобы сияющий луч бил прямо за корму, заливая светом всю главную пещеру. Со стороны моря свод ее понижался и уходил под воду, казавшуюся маслянистой и черной при ярком освещении.

– Прицел верный? – спросил я.

– Полный порядок,– откликнулся Дэвис.

Я прижался к леерам мостика.

– Пли!

Дэвис рванул спусковой шнур, и тут же раздался страшный гром. Меня сбило с ног, я чувствовал, как днище лодки с ужасающим скрежетом скребет по голому камню сухого дока. В тот же миг свод грота озарился слепящей вспышкой, послышался взрыв, столь мощный в ограниченном пространстве пещеры, что все мое тело, казалось, оцепенело. Сильный порыв горячего ветра ударил мне в лицо, и в свете прожектора я увидел, как весь дальний конец пещеры с грохотом рушится. Зрелище было ужасное. Лишь теперь я по-настоящему оценил взрывную силу шестидюймового снаряда. Док, в котором лежала «У-21», был в полутора сотнях ярдов от места попадания, и несмотря на это, все вокруг меня дрожало и сотрясалось, а со свода сыпались большие камни, глухо бившие в палубу лодки. Потолок главной пещеры обвалился на протяжении по меньшей

мере тридцати ярдов, громадные валуны, падавшие в воду, подняли в бассейне высокую волну. Я крикнул парням, чтобы держались покрепче, но не думаю, что они слышали меня. Впрочем, горняки увидели валящуюся на нас стену воды. Высота ее достигала футов десяти, если не больше, верхушка была почти вровень с палубой. Внезапно очутившись на плаву, лодка вздыбилась, словно лошадь, я распластался на мостике боевой рубки и услышал, как прямо надо мной леерное ограждение ударилось о свод дока. Я ждал, что меня вот-вот раздавит в лепешку, но лодка, с силой врезавшись носом в торец дока, некоторое время с тошнотворным скрежетом терлась о причал. Вдруг она выровнялась, качка прекратилась. Теперь «У-21» была на плаву. Сквозь звон в ушах я услышал шум воды, стекавшей из дока через разбитые шлюзовые ворота, и кое-как поднялся на ноги. Вокруг была тьма кромешная, то и дело ее пронзали крики.

– Вы не ранены, мистер Крейг? – донеслось от орудия.

– Нет, как у вас? – не дожидаясь ответа, я заспешил вниз по трапу боевой рубки В дальнем конце дока что-то едва заметно светилось. Возможно, после взрывов несколько лампочек все же уцелело. На фоне этого света я едва различал черную массу орудия и несколько копошащихся вокруг него фигур. Вспомнив про фонарь, я вытащил его из кармана и включил. В луче света показались бледные лица троих горняков. Похоже, все были целы и невредимы. К счастью, волна не перехлестнула через палубу, пулемет, винтовки и патроны по-прежнему валялись возле орудия.