Читаем Бенедикт Камбербэтч полностью

– Я тогда задумался всерьез… Стал задавать себе вопросы, зачем снимаюсь в этом фильме.

Но Камбербэтч считал, что руководствуется лучшими побуждениями: он верит в гражданские свободы, демократию и право широкой публики критиковать тех, кто у власти. Кроме того, его привлекал противоречивый характер Ассанжа:

– Я хотел создать реалистичный портрет человека, которого в таблоидной прессе ругают куда больше, чем в нашем фильме; напомнить людям, что это не просто странный беловолосый парень из Австралии, которого разыскивают в Швеции и который прячется в посольстве рядом с «Харродсом».

Режиссер Билл Кондон, который до этого снял две части «Сумерек», согласился, что фильм – прежде всего размышление о том, какое влияние оказал сайт WikiLeaks и как информация распространяется в цифровую эпоху:

– Этот фильм не претендует на какие-либо глубокие познания в теме и не пытается давать оценки. Мы рассматриваем все тонкости и трудности прозрачности информации в информационную эпоху; надеюсь, нам удастся оживить и обогатить обсуждения, уже спровоцированные WikiLeaks.

Как и всегда, Камбербэтч постарался понять все достоинства и недостатки Ассанжа, а не представить его однозначным «добром» или «злом». Он объяснял:

– Я сказал ему: послушайте, в этом фильме расскажут о том, чего вам удалось добиться, что привлекло к вам внимание всего мира, и мне кажется, что повествование очень позитивное. Я работаю не в моральном вакууме. Что бы ни случилось, я постараюсь сделать своего персонажа сложным и максимально похожим на вас.

Чтобы выполнить это обещание, он провел серьезное исследование для подготовки к роли. Он считал, что ключ к Ассанжу – в его трудном детстве:

– Быть ребенком матери-одиночки, бегать по всей стране от отчима, состоящего в секте, потерять любой контекст, в котором можно было бы понять, какое место занимаешь среди людей, – неудивительно, что после такого в подростковом возрасте становишься хакером-активистом, а потом – кибержурналистом. Он и сейчас беглец – он не может создать обычных человеческих отношений, характерных для других организаций.

Ассанж по-прежнему оставался недоволен идеей фильма. И по видеосвязи из своего убежища в посольстве Эквадора он объяснил, почему именно, студентам из Оксфордского университетского союза:

– Там ложь на лжи. Фильм – это пропагандистская атака на WikiLeaks и репутацию моих сотрудников.

Камбербэтч по-прежнему настаивал на личной встрече. Ассанж отказался, но переписка по электронной почте продолжалась.

– Я хотел показать его объективно, – рассказал актер в интервью Time Out. – Частью работы стала моральная ответственность. Ассанж всячески отказывался со мной встречаться. Он полагал, что встреча станет знаком одобрения фильма, который считал лживым. Он достал старый вариант сценария, и во время съемок начались разнообразные проблемы. Впрочем, дискуссия у нас все же состоялась, и это хорошо. Если Джулиан так считает, то с политической точки зрения он прав, что отказывается от встречи, потому что это будет выглядеть как благословение.

Когда Ассанж в конце концов увидел, как Камбербэтч играет его на большом экране, ему совсем не понравилась попытка актера изобразить тягучий австралийский акцент.

– Мы все уже привыкли к зарубежным актерам, которые пытаются изобразить австралийские акценты; когда слышишь, как британец имитирует твой акцент… я слов не найду, чтобы описать, какая это пытка.

Режиссер Оливер Стоун, которому все же удалось встретиться с Ассанжем в посольстве, считал мрачными перспективы и «Пятой власти», и документального фильма «Мы крадем секреты», который снимал Алекс Гибни. Он сказал, что фильм, скорее всего, получится «недружелюбным», и продолжил:

– Мне кажется, большинство людей не понимают, насколько важен сайт WikiLeaks и почему Джулиан нуждается в поддержке. Джулиан Ассанж сделал многое для свободы слова, а теперь на него нападают те, кто злоупотребляют этой идеей.

Позже Камбербэтч рассказал New York Magazine чуть больше о своей встрече с Ассанжем.

– Он попросил меня не сниматься. Я ответил ему: «Ну, кто-то все равно сыграет эту роль. Вы бы, наверное, все же предпочли, чтобы вас сыграл кто-то, кто прислушивается к вам, кто может сделать фильм более точным и сбалансированным». Его таблоидный имидж, который, как он очень боится, выйдет на передний план, – странный беловолосый парень, которого хотят судить за изнасилование, – очень далек от правды.

По мнению актера, кем бы вы ни считали Ассанжа, он сослужил «огромную службу, пробудив нас от состояния зомби, в котором мы обычно потребляли новости».

Обвинения в изнасиловании в финальной версии «Пятой власти» вообще не прозвучали. Фильм оказался скорее общим взглядом на разделение публичной и конфиденциальной информации в современном мире, а не биографией Джулиана Ассанжа.

«Эмпатия» – вот слово, которое стало для Камбербэтча девизом. Он стремился создать как можно более рельефный портрет.

– Мне кажется, подход «хороший или плохой» очень ограничивает, – говорил он. – Нужно, прежде всего, понять, какой это человек.