Читаем Белым по черному полностью

Белым по черному

Аво Ломре , Жанна Даниленко , Христина Павловна Кроткова , Ломре Аво

На догоревший жертвенный костер,Смывая кровь, сочится влага Леты.Среди долин, уже не раз воспетых,Как дым курений — ночь. В ее просторОпустошенный движет кругозорВосторг тяжелый сдержанных обетов.Глухую боль отверженья изведав,Мечтам не отогнать видений хор.Сквозь голубые облачные весныКолчан лучей рассыпан золотой,И воздуха неслыханная поступьНад медленно подъятой головой.Седой луны блуждает призрак пленный.Душа сгорает в радости мгновенной.

II. Сожжение Савонаролы

Смывая кровь, сочится влага Леты,В святом молчаньи отошли века.Порой ко мне летит издалекаРазмеренность классических сонетов.К сожжению, под чернотой беретов,Бежит толпа, и, чудно глубока,Столпила ночь косые облакаНад святостью монашеских обетов.На грозных крыльях флорентийской стаи,Взлетев, слегла мятежная душа,И стережет задумчивость густаяИзбыток недоступного ковша.И площадью зловещего сожженьяЯ прохожу неповторимой тенью.

III. Джоконда

Среди долин, уже не раз воспетых,Седые льды и празелень полейПерецветают в красках все живей,И мхом и льдом благоухает лето.И суеверней диких амулетовБесцветный знак изогнутых бровей.Цветов миндаля кожа розовей,И край одежды ало-фиолетов.Из светлых жал, из дымного топазаГлядит раздвинутый меж жадных векОткрытый мрак животного экстаза,И грех, как червь, улыбкой рот рассек.Но даже голоса созревшей страстиНе шевельнут скрестившихся запястий.

IV. Гробница

Как дым курений — ночь. В ее простор,Как души в Стикс, сгоняет ветер позднийЧеты теней от рук, и лоз, и гроздий,И кличет нас из тьмы в лицо, в упор.В земных небес скудеющий шатерУводит жизнь свои цветные весны.Еще поет в руках пастуший посох,И первый мрак превозмогает взор.Нет, никогда здесь не был Иегова!Душа горит, и скомканный языкВсе силится свое исторгнуть слово,Но этот мир так тягостно велик! —И восстает, огромно и нескоро,Пустынная заря, дивясь своим простором.

V. Лигурия

Опустошенный движет кругозорРастущий день, и размыкая узыПривычного труда прилежной музы,Я ухожу, куда уводит взор.Сгибает ветр уклончивый отпор.Льет русые волокна кукурузы,И облака, как крупные медузы,Чуть шевелясь, плывут по волнам гор.Но не вернется в тишину бездомный,Гонимый Ангел продолжать свой труд,Дробить каррарские каменоломни.Прохладе сумрачной ваять приют.Непонятые дни проходят в небеВ неисчерпаемом великолепье.