Читаем Белый Волк (СИ) полностью

— Ох, Колден, Колден… Ты неисправим. Что ж, дорогой мой, любой поцелуй твой с жейзелом будет обращающим. Жейзел, ты же знаешь, что я о ней, на других не подействует, будет превращён в гончую ненависти.

— Сурово. — блестяще скрывая ненависть, ответил без эмоций Колден.

— Ты никогда не изменишься. Мой особенный и любимый гончий. Что с Мари, что с Лейлой…

— Мари была другой. Ты же знаешь, что Лейла совершенно иная… И её я буду любить вечно.

— Не знаю даже, везёт тебе или нет.

— То есть? — непонимающе спросил блондин.

— Ты можешь любить. Любовь — проклятье и благословение. Горе и счастье. Разрушительница и исцелительница… — немного подумав, глава произнёс. — Лучше не иметь счастья, чем иметь горе.

— Сомневаюсь.

— Колден, как тебе удалось? Как ты остался с душой чистой?

— Я любил Мари…

— И как же ты ее разлюбил?

— Я давно похоронил ее. Давно.

— Она давно умерла, но ты до сих пор ее помнишь.

— Прекрати. Люди, да и жейзелы тоже, любят не один раз в жизни.

— Значит и после Лейлы будет другая. А спать ты будешь все равно с Фейрон.

— Фейрон хороша в постели. Не более. А после Лейлы не будет никого. Никого и никогда. Я полюбил и ее дочь. Зачем убивать Эли?

— Она… она нужна мне мертвой. — немного сконфузился голос.

— Зачем?

— На что ты готов ради Лейлы? — сменив тему, спросил голос.

— Этот вопрос звучал из твоих же уст очень давно. Но о Мари. — вспомнил блондин. — На всё. Я готов на вечное скитание своей души в Аду ради неё, я готов и умереть, и жить ради нее. На все.

— Очень давно ты ответил, что ради Мари готов умереть. Ради Лейлы же ты готов еще и жить. Интересно, а на что будешь готов ты ради следующей избранницы?

— Следующей не будет. — отрезал блондин.

— А Нейл?

— А что Нейл?

— Он законный муж твоей возлюбленной, да и она его любит. Думаешь убить его?

— Нет. Какой смысл? Ведь ты прекрасно знаешь, что для них смерть — пройденный этап. Она никогда не полюбит меня больше его, нам никогда не быть вместе и наше «долго и счастливо» сгорело, не успев родиться.

— Ты такой пессимист. — то ли усмехнулся, то ли посочувствовал голос.

— Нет. Я реалист. Ты ведь это знаешь.

— Знаю. Мне нравится с тобой разговаривать. Остальные слишком скучные, слишком одинаковые, слишком бездушные, неинтересные.

— Даже так? Тебе интересен я тем, что могу чувствовать и ещё что-то, помимо ненависти. Ты завидуешь? — Колден ухмыльнулся.

— Немного.

— Лжёшь. Ты ведь давно уже жалеешь о содеянном. Ты ведь давно хочешь нормальной жизни в нормальном теле. Но все твои поступки необратимы.

— Какой ты проницательный. — с усмешкой ответил голос.

— Так и будешь скрываться за тенью высокого мужчины с баритоном?

— Прекрати! — темнота постепенно растворялась в сумраке ночного мегаполиса, но мужчина со светлыми волосами и синими глазами исчез, оставив после себя очень скоро растаявший снег.

В это же время…

Дом Снера…

— Дедушка, кто это был? — смотря в окно, за которым бушевал огонь, не причиняющий никакого вреда окружающим, а в его центре стояла разъярённая шатенка, с ненавистью смотрящая на стоявшего спиной к ней блондина. Синеглазого спасителя маленькой Эли.

— Это Колден, один из сильнейших гончих ненависти. Это наш заклятый враг.

— Не правда! — крикнула девочка, скинув руки мужчина со своих плеч. — Он нас спас от нее! Он принёс мне маму!

— Я знаю, куколка. Я знаю. — несколько обреченно сказал рафель.

Днём…

От лица Лейлы…

— Доброе утро, птичка. — услышала я сквозь сон такой знакомый голос. Глаза, сами того не ожидая, резко распахнулись, и я увидела его. Мой волчонок. Мой любимый Нейл. Я потянулась к нему, обняла крепко — крепко, собралась поцеловать в губы, но он подставил щеку. Вмиг я увидела вместо своего любимого беловолосого гавнюка какого-то блондина с синими глазами. Быстро вспомнив недавние события, я поняла, что обнимаю Колдена. Быстро отпрыгнув от него, я упала на пол.

— Ты тут что делаешь?

— Решил пожелать тебе доброго утра, птичка. — удивленно смотря на меня, ответил светловолосый.

— Я не птичка! — крикнула я, вставая с пола. «Истеричка! — крикнуло на меня альтер-эго.»

— Я сказал — Лейла.

— Да? — изумленно спросила я.

— Да, ты не хочешь позавтракать? Вернее, уже пообедать.

— Нет, я привыкла есть только изысканную пищу. — попыталась отвертеться я.

— Тогда сегодняшний обед тебе понравится. — Колден как-то странно ухмыльнулся, а я неохотно поднялась. Он, как истинный джентльмен, открыл дверь и пропустил меня вперед. Коридоры опять, опять столовая… Я села на то же место и была готова повеситься на очередной макаронине, но, к глубокому сожалению и еще более глубокому удивлению, на столе оказался огромный краб. Также я увидела чёрную икру, красную икру, кальмара, креветки, многие другие морепродукты, а также салатики.

— Это всё… — когда речь начала постепенно возвращаться, хотела спросить я.

— Это всё для тебя, Тринадцатая. — сказал Колден.

— В смысле? — удивилась я прозвищу, с удовольствием поедая креветки.

— Ты — тринадцатая Первая Леди Рафельства Жейзелов.

— Ого! Откуда ты знаешь?

— Я знал седьмую Первую Леди.

— Ого!!! Ты очень древний!