Читаем Белый волк полностью

А поп к тому добавил: «За то, как он нашу деревню защищал и смерть через это принял, ему многое простится. Как тому разбойнику, что со Спасителем на кресте был распят и в последний час уверовал».

Простились Якову Карловичу его грехи или нет — того я не знаю, он нам с того света весточки не прислал. Осталось от него ружье да десять рублей, ему Егоркой обещанных, а боле ничего. Хотя, может, и еще что-то осталось: к зиме у одной бабы двое ребят родились — вылитые Яковы, только что без усов и трубки.

И был потом целый год урожайный и счастливый, и лето теплое, и осень ласковая. Егорку звонарем к церкви приставили, а поп стал его грамоте учить и заботиться о нем. Отцу его, Степану, к весне вроде полегчало, стал он снова мужик как прежде — крепкий да осанистый. А вот дед Терентий куда-то из деревни ушел и пропал навсегда. И землянка за Гнилым озером тоже опустела, только кустик рябины на том месте вырос, где жила старая мордвинка Ашава.