Читаем Белый Карлик полностью

Броситься наутёк по заметаемой снегом улице, решение, если честно, было так себе. Я не боялся быть пойманным, страшнее наступить в какой-нибудь припорошенный коллектор и неожиданно "скрыться из вида". Мужик за спиной кричал и матерился, с его комплекцией бегать по таким препятствиям — не самое хорошее решение, чтобы скоротать вечерок. Димке куда проще. И метро под боком, и там все же худо-бедно, но были зеваки, можно затеряться в толпе, запрыгнуть в поезд и умчать восвояси. Подумал: если вернусь в общагу позже него, обязательно устрою взбучку.

— Стой! Стой, я сказал! — мужик за спиной нагонял. Улица упиралась в пустые ряды стихийного рынка. Здесь оторваться от преследования проще всего. Павильоны поставлены как попало, в темноте это настоящий лабиринт. Я взял влево, надеялся скосить путь и укрыться между стендами. Упав на колени, приник к холодному металлу и задержал дыхание. Верзила вошёл следом, потеряв меня из виду, также сбавил шаг. Он не произнёс ни слова, старался притаиться и поиграть в кошки-мышки, но хруст снега выдавал его с потрохами. Не выдержав психологического противостояния, мужчина покрутился на месте, и вскоре звук его шагов отдалился. Я смог спокойно выдохнуть и приподнять голову. Ноги, утонувшие в снегу, сводило от холода, ещё чуть-чуть и коленки уже будет не разогнуть. Хватаясь за ржавый каркас торгового ряда голыми руками, я встал. Огляделся по сторонам: идти, собственно, можно в любую сторону, а вот до метро могла вывести только одна дорога. Еще бы вспомнить, как на неё выйти! Я запетлял среди ларьков и павильонов. Везде темно и нет даже намека на жизнь. Блеклый свет от жилых домов из-за метели почти не различим. Я вышел в очередной проход, глаз тут же уцепился за одиноко стоящую торговую лавочку, она выделялась тем, что находилась в отдалении от основного ряда. Я прибавил шаг. В ней хотя бы целы окна, внутри кто-то есть, а значит, можно постучаться и попросить помощи. Я не успел дойти до двери. Она медленно приоткрылась, в проёме показалась плотная женская фигура в длинном платье.

— Давай сюда, парень, а то они скоро вернутся!

Первое, что пришло в голову: броситься наутёк. Кто это был и почему так много знал о моей жизни, я так и не понял, но такая осведомленность, мягко говоря, настораживала. Испуганно посмотрел на силуэт, еще не видя лица.

— Не бойся, быстрее сюда! — голос со странным акцентом. Женщина протянула руку, я ухватился за неё в последний момент. С неожиданной силой меня затащили внутрь.

— Простите, я... — на меня тут же грозно цыкнули, погас свет, и щёлкнул дверной засов. Я стоял молча, прижавшись к стене. Глаза закрылись от страха сами собой, я слышал, как тревожно билось сердце. Мои преследователи появились спустя минуту. Топтали снег и крутились совсем рядом. Странно, но их действительно было двое.

— Где второй?

— Ушёл, мразь, на метро ушёл...

Голоса отчётливы, но многое было не разобрать.

— А этот где-то тут! Смотри в оба!

Они начали проверять павильоны, пытаться открыть двери.

— Не бойся, они скоро уйдут, — женщина положила руку мне на плечо, стараясь успокоить. Вот ни черта это не работало. Оказавшись в компании неизвестно с кем, когда совсем рядом погоня, а выход из ситуации перестает маячить перед глазами, хочется только одного: отмотать назад время и все-таки успеть вырубить прохвоста до того момента, когда он втянул меня в свою авантюру. Но время умеет не только лечить, оно так же умеет расставлять все точки над «ё». Странным образом мои преследователи прошли дверь, за которой мы прятались, уходя все дальше, их голоса поглощала метель.

— И этот ушёл, зараза...

Я облегченно выдохнул, женщина, укрывшая меня, включила свет, склонилась, грозно уперев в бока руки. Вблизи я сумел разглядеть платок на её голове и черные вьющиеся волосы. На вид спасительнице лет пятьдесят, морщины на лице и карие глаза навыкате. Впрочем, устрашающий вид не скрывал её поистине цыганской загадочности.

— Меня зовут Бахт.

— Рома, — голос дрожал от страха.

— Я знаю, как тебя зовут, не бойся меня, Роман, я не причиню тебе вреда, но твоей жизни угрожает опасность.

Цыганка прошла за ширму из пестрых тряпок, сшитых вручную. Она позвала меня за собой, великодушным взмахом руки указала на круглый стол в центре крохотной комнатки. Из-за навалившихся событий в голове была каша, не знал, с чего начать, с благодарности или удивления.