Читаем Белый Карлик полностью

— Да ничего, — я нахмурился, вспоминая разговор. — Он докопался до того дела, когда мы барыжили кольцом.

— А-а-а! — Яр довольно потирал руки. — Помню-помню, хороший урок ты получил.

— Ничего смешного, мы тогда чуть не погибли! — я стоял у лифта, ждал кабинку, отвернувшись к информационным стендам. Главное, чтобы не нарисовались попутчики.

— Ну, зато ты сумел прочувствовать на своей шкуре, каково это, когда тебя продают за бесценок, как дешёвую бижутерию.

— Не начинай, — я процедил сквозь зубы. Некого винить в той ситуации, и Яр прав, мы получили по заслугам. Двери лифта открылись, я протиснулся внутрь, как можно скорее нажал кнопку третьего этажа. Человек в штатском негаданно появился в закрывающемся проёме. В отличие от Хворостова, он не церемонился со створками, рывком развёл их в стороны.

— Пожалуйста, не торопитесь, — мужик заскочил внутрь кабины, грозно сопя. Пришлось отступить к стене. И что это за новая мания вламываться в лифты следом за мной? Пожалейте слесарей, им же потом эти двери ремонтировать.

— Вообще-то можно было бы и следующего дождаться. Так-то лифт не последний, — я осёкся на полуслове. Это был тот самый человек из охранки, что дежурил у моей палаты, помощник Хмельницкого. — А, это вы? Не узнал, богатым будете.

— И не должны узнавать, — он задрал нос, отвернулся к дверям. — Если вы меня будете узнавать, значит, я плохо работаю.

— Ух, какой грозный молодой чемодан! — Яр брезгливо окинул попутчика с ног до головы. Да не такой уж он и молодой, хотя уже без ручки. Я тяжко вздохнул:

— Как хоть к вам можно обращаться?

Раздутое самомнение этого "топтуна" больше похоже на мыльный пузырь, не столько впечатляет, сколько боишься испачкаться, когда лопнет.

— Вы не узнаете моё настоящее имя, но можете называть меня, например, Аркадий.

О, боги... Я запрокинул к потолку голову, закатил глаза: они все сговорились, что ли?

— Тень прошлого... — Яр злорадно хихикал на ухо. Лифт остановился, распахнувшиеся двери приглашали нас продолжить этот конструктивный диалог в коридоре.

Десять лет назад.

На время нашей вынужденной разлуки и вопреки опасениям Димона кольцо не возвращалось ко мне. Наверное, оно не слишком далеко, или эффект срабатывал, когда перстень оказывался в чужих руках. Возможно, именно поэтому не замечал за кольцом сверхспособностей раньше, живя с родителями. Оно всегда лежало дома в тайнике из старой обувной коробки. День «икс» наступил в условленное Хворостовым время. Он бесшумно вошёл в комнату, навис надо мной тенью, как любил выражаться, грядущего обогащения. Кивнул, призывая одеваться, уже не обращая внимания на соседей. Я не понимал, для чего ему нужно моё присутствие. Не спуская с Димона испуганного взгляда, облачался в теплую одежду. Арташьев смотрел на наш театр пантомимы с легкой усмешкой:

— Куда собрались на ночь глядя? Там холодно!

За окном действительно начиналась пурга. Мне стало неуютно покидать общежитие в такую погоду.

— Может, отложим до завтра? — прошептал Димону на ухо. Он не ответил, почти силком вытащил меня в коридор.

— Сначала на завтра, потом на послезавтра... Решили заняться, значит занимаемся!

— Я ничего не решал! — попытка к бунту провалилась.

— Ну да, а кто кольцо мне отдал на добровольной основе? Кстати, где оно?

— Как где? Ты же его на батарею положил!

Мы сбегали по крутым ступенькам.

— Я вчера вечером забрал перстень, носил с собой, а сейчас он пропал. Хорошо, кстати, получилось. Вид товарный, полторашку за него выручим влёгкую.

— Я не знаю... у меня нет кольца! — я невольно сбавил шаг. — И куда мы идём с пустыми руками?

— Глянь по карманам, — отмахнулся Хворостов, натянуто улыбнувшись коменданту: — Мы скоро, тетя Оля.

Он стоял, открыв дверь на улицу, ежился от холода и терял терпение. Я, не торопясь, проверял карманы, поднял на друга по-детски озадаченный взгляд.

— Слушай... а кольца и нет. Может, заряд возврата закончился?

Наивно полагать, что Димона это могло остановить. Он закатил глаза:

— Ну что с тобой будешь делать, а? — проверил карманы моей куртки, шустро похлопав по ним, не церемонясь, засунул пальцы во внутренний карман. Достав перстень, с иронической торжественностью вложил мне в ладонь:

— На! Смотри не потеряй!

Я растерянно крутил его в руках.

— Блин... как он это делает?

— Не знаю, да нам и не обязательно знать!

Выходя в метель, Хворостов натянул шапку поглубже:

— Начнём трясти ломбарды на окраине. Я бы и один справился, но сам понимаешь, нужна поддержка.

Да уж, какая из меня поддержка? Практика показала, что в драке я идеально подхожу только в качестве боксерской груши. При всем при этом хулиганы нападают, как правило, по трое, навряд ли сможем даже убежать. План Димона это чистое самоубийство!

Добравшись до метро, Хворостов ткнул пальцем в нарисованную карту в вестибюле станции.

— Наша цель: юго-восток!

Довольно потирая руки, он купил билеты. На это пошли деньги, вырученные за кольцо ранее. Хоть один плюс от всей этой затеи: у нас есть средства, чтобы выкупить перстень обратно, если он даст сбой.