Читаем Белорусские мифы полностью

В Белоруссии, как и у всех восточных славян, в качестве основного способа борьбы с повальными болезнями были изготовление обыденного (однодневного) полотна и ритуальное опахивание. Обыденное полотно получало магическую силу благодаря своеобразному «спрессовыванию» времени, поскольку весь технологический цикл его изготовления от прядения нитей до готового изделия должен был занимать одни сутки. Незамужние девушки и женщины, вышедшие из детородного возраста (то есть «чистые» в половом отношении), собирались в одной хате и в полном молчании за сутки изготовляли узкое, но достаточно длинное полотнище для того, чтобы под ним можно было прогнать весь сельский скот. Затем его или относили в церковь, или вывешивали на придорожный крест.

Обрядовое опахивание также производили только женщины, свободные от сексуальных отношений, — глухой ночью и в полном молчании. Одни из них впрягались в соху или плуг, а другие им управляли, проводя борозду вокруг всего села и замыкая ее в том месте, откуда начали. Земля из-под плуга обязательно должна была ложиться во внешнюю сторону, от села.

Белорусы называли Смерть «матерью грехов», но насчет того, по какому принципу она забирает человеческую жизнь, мнения разнились. Одни считали, что она живет в пекле и выходит оттуда за людскими душами по велению главного черта, другие же полагали, что она забирает ту душу, которую предназначает Бог, и что предварительно она советуется с Ним, получая от Него указания. Согласно одной из белорусских легенд, первым людям Адаму и Еве Бог дал возможность после смерти снова воскреснуть и прожить еще некоторое количество лет, но Адам отказался, предпочтя окончательно остаться на «том» свете, чем еще раз переживать смерть, поскольку умирать крайне тяжело. Забрав душу человека, Смерть сопровождает ее в загробный мир, где та в зависимости от наличия грехов попадает в руки ангелов или чертей и предстает перед Богом.

Образ Смерти как лишенный плоти скелет с косой в руках, столь характерный для западнославянской и западноевропейской мифологии, у восточных славян встречаются, как правило, в древнерусской иконографии, духовных стихах, книжных миниатюрах, лубочных картинках — то есть в источниках книжного характера. В большинстве белорусских быличек и восточнославянских поверий о Смерти она предстает в виде человекоподобного женского существа в белой одежде:

^{Дитя. 1882.}

^{Muzeum Narodowe w Warszawie}

Иногда Смерть упоминается в черном одеянии, что является влиянием современной похоронной культуры. Важно помнить: исконно славянский цвет траура — белый, а черная одежда как знак смерти — это позднее западнославянское влияние. В описании Смерти встречается еще один постоянный признак: как правило, это высокая, длинная, сухая, худая, костлявая, бледная женщина с холодными пальцами. Чаще всего ей приписывают достаточно молодой или средний возраст: «в белом платье, высокая, худая, молодая еще».

В руках или на плече у Смерти может быть коса, серп или нож, которыми она подсекает человеческую жизнь, но часто эти орудия просто являются ее постоянными атрибутами, а убивает человека она либо взглядом и просто присутствием, либо же душит, забирая из него душу.

Смерть может выглядеть как молодая женщина, пригожая, с распущенными волосами и венком на голове, что актуализирует архаичное представление о Смерти-невесте и похоронах как свадьбе.

Часто рассказывают, что для обычных людей Смерть невидима, а увидеть ее может или больной, умирающий человек, за которым она явилась, или тот, кто знается с нечистой силой. Смерть не только забирает у человека душу, но и насылает на людей мор, садится к человеку на телегу (при этом лошади становится очень тяжело везти такую пассажирку) или запрыгивает ему на спину и просит подвезти до села, стучит в окно, окликая свою жертву, — эти действия сближают ее с духами повальных болезней.