Читаем Белое станет черным полностью

– Давай.

– На квартире у Старкова при обыске изъяли дневник. Я решил, что вы захотите посмотреть.

– А, давай-давай.

Лейтенант положил тетрадку на стол, козырнул и удалился.

– Хотите взглянуть? – предложил Синицын дьякону.

– Если можно.

– Валяйте, батюшка, смотрите.

Дьякон взял тетрадку и, волнуясь, раскрыл ее наугад. Майор Синицын еще что-то рассказывал Марго, но дьякон слушал его вполуха. Он был поглощен дневником Старкова. Вот что он прочел:

5 декабря

Я сижу в маленькой комнатке под тусклой лампой, бросающей круг света на стол, накрытый мерцающим прямоугольником стекла. Сижу, подперев ладонью щеку, смотрю в стену и размышляю.

Вчера мне исполнилось тридцать два года. Мысли мои все время обращаются вокруг этой цифры, как ножка циркуля вокруг собственной иглы. Тридцать два года – это почти конец. Конец помыслам, мечтаниям, перспективам. Тьма в конце туннеля. Тупик.

Еще совсем недавно я был полон надежд. Я верил, что судьба предначертала мне великую будущность, что впереди меня ждет, так сказать, великое поприще. На какой стезе? Да все равно на какой. Может быть, это будет литература. Может быть, бизнес. Но человечество еще услышит фамилию Старков!

И вот мне тридцать два года. Лермонтова пять лет как убили на дуэли. Артюр Рембо тринадцать лет как бросил писать стихи, превратившись в негоцианта-неудачника. Адольф Гитлер два года как ворвался в политику и уже готовится потрясти устои немецкого общества пивным бунтом. Наполеон… про Наполеона и говорить не стоит. А я, Иван Старков, выпускник самого престижного вуза страны, сижу в маленькой комнатке за обшарпанным столом и, как полный лузер, пялюсь в стену. В кармане – вошь на аркане. И никакого тебе великого поприща. И времени, чтобы чего-то достичь в жизни, совершенно не осталось.

В моей ситуации есть единственный короткий путь к славе. А именно – стать маньяком. Ходишь по ночному городу, выслеживаешь одиноких путников, убиваешь их. И газеты пишут о тебе взахлеб. Потом твое имя обрастет легендами, станет мифом. Возможно, про тебя когда-нибудь снимут фильм… Даже через сто лет какой-нибудь писатель обязательно вспомнит твое имя и упомянет его в статье.

Стать маньяком… В этих ночных блужданиях по городу есть что-то романтичное и будоражащее. Можно, например, вообразить себя диким зверем или, скажем, разведчиком, переходящим через линию фронта. А еще лучше – наемным убийцей, которому дали чрезвычайно сложный и опасный заказ. И выполнить этот заказ необходимо к утру.