Читаем Белое станет черным полностью

И все же, поколебавшись несколько секунд, Родченко твердо решил сопровождать друга – куда бы тот ни направился. Они встали из-за стола и зашагали к выходу – впереди Маяковский, гордо подняв голову, расправив плечи, за ним Родченко – немного скисший и с лицом, на котором ясно читалось: «Правильно ли я поступаю?.. Не знаю, не уверен».

Выступление немецкого мага проходило в старом купеческом особняке, переделанном под клуб.

У входа в зал сидел небритый старик неприступного вида и хмуро проверял билеты, надрывая их и кидая в железную урну.

– У нас двойной, – сказал старику Маяковский, протягивая бумажку, на которой стояла цифра «2» и красовалась размашистая подпись кассира.

Старик кивнул, надорвал билет и швырнул его в урну. Родченко и Маяковский ступили в зал.

Зал был наполнен почти под завязку. На деревянных скамьях сидели хулиганского вида парни в лихо заломленных кепках с кульками семечек в руках, тихие женщины, одетые в какие-то невообразимо затасканные пальто и шубы, человек восемь красноармейцев, неприязненно поглядывавших на разбитных парней, несколько интеллигентных старичков и старушек «из бывших» и еще множество вполне прилично одетых пар с перламутровыми театральными биноклями в руках.

– Здесь я точно знакомых не встречу, – усмехнулся Маяковский.

– Ну, по крайней мере, тут не будут читать стихов, – отозвался Родченко. – Это тебе не «Кафе поэтов». Кстати, этот маг – ближайший друг и ученик великого мистика Рудольфа Штайнера.

– Ну да, как же тут без Штайнера, – с мрачноватой усмешкой процедил Маяковский.

Где-то за сценой несколько раз вякнул, срываясь на хрип, патефон и снова замолчал. Парни загоготали. Один из красноармейцев строго прикрикнул:

– А ну, тише там!

Парни послушно замолкли. Спорить с вооруженными людьми никто не хотел.

Из-за кулис на сцену выкатился (иначе и не скажешь) маленький толстый человечек во фраке и с проборчиком в темных волосах.

Толстяк поднял маленькие пухлые ладошки, улыбнулся и объявил:

– Уважаемая публика! Товарищи! Сегодня перед вами выступит знаменитый немецкий маг и гипнотизер господин Риттер! Имя этого чародея широко известно в Берлине, Париже и Лондоне! И вот наконец он добрался до Москвы. Добрался, чтобы удивить советских людей необыкновенными фокусами! Выступление посвящается памяти пламенных революционерок Розы Люксембург и Инессы Арманд! Прошу, товарищи, принимайте мага!

И конферансье бодро захлопал в ладоши. Из зала ему ответили жидкие хлопки.

За сценой снова тяжело, с натугой захрипел патефон. Сначала, кроме тягучего шума, ничего было не разобрать, но затем пластинка разогналась и грянула бодрыми звуками «Марсельезы».

Красная шторка отдернулась, и из-за кулис на сцену быстрой походкой вышел высокий, широкоплечий, абсолютно лысый господин в черном смокинге. Он остановился посреди сцены, повернулся к публике лицом и громогласно объявил на чистом русском языке:

– Товарищи! Рабочие и кустарные труженики Берлина передают вам свой пламенный привет! Мировая революция не за горами, товарищи! Европа объята революционным пламенем! Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Произнеся скороговоркой свой маленький спич, лысый немец энергично поклонился. На этот раз публика похлопала ему более активно.

– Итак, товарищи, – продолжил немец. – Сейчас я покажу вам несколько фокусов, которые произвели фурор в Берлине и Брюсселе! Для первого фокуса мне нужен доброволец из зала. Есть в зале доброволец?

Лысый маг обвел зал возбужденным взглядом.

– Ну, я доброволец! – крикнул развязным голосом один из парней.

– Извольте выйти сюда, – с улыбкой сказал ему маг.

Парень поднялся со скамейки и, сунув руки в карманы широких штанов, вразвалочку двинулся к сцене. На сцену он запрыгнул одним прыжком. Повернулся к публике и, приложив одну руку к животу, а другую к пояснице, насмешливо поклонился. Из зала заржали и зааплодировали.

– Как вас зовут, товарищ? – обратился к парню герр Риттер.

Парень сплюнул сквозь щербинку в зубах прямо на сцену и небрежно ответил:

– Галыба моя фамилия. И че?

– Товарищ Галыба, смотрите, пожалуйста, на мою руку и слушайте мой голос.

Маг поднял правую руку и направил ее ладонью к парню. Парень, ухмыляясь, уставился на ладонь.

– Внимание! – сказал немец. – На счет «три» вы потеряете способность сопротивляться и полностью подчинитесь моему голосу! Я говорю: раз! Я говорю: два! Я говорю: три!

Ничего сверхъестественного не произошло. Парень как таращился, ухмыляясь, на ладонь мага, так и продолжил таращиться. По публике пробежал недовольный ропоток.

Герр Риттер опустил ладонь и сухо спросил:

– Товарищ Галыба, вы ведь хулиган?

– Как есть, – кивнул парень.

– И вы не привыкли никому подчиняться, верно?

– А то! – сказал парень и весело подмигнул публике.

– В таком случае – встаньте передо мной на колени. Сейчас же!

И тут случилось маленькое чудо. Хулиган, ни слова не говоря, опустился перед магом на колени и выжидательно посмотрел на него снизу вверх, как собака смотрит на хозяина.

– А теперь громко и четко скажите залу: «Я хулиган и нехороший человек!»