Читаем Белое станет черным полностью

– Это? – Петя остановился рядом с ней. Отпил шампанского и пожал плечами. – Точно не знаю. Снимок очень старый, начала прошлого века. Думаю, это египетская цыганка. Какая-нибудь гадалка, предсказывающая судьбу по картам таро. В то время их в Египте было много. Да и сейчас еще встречаются. Надо же чем-то развлекать туристов, – с усмешкой добавил он.

– Откуда у тебя эта фотография?

– Переснял из старого, дореволюционного журнала. Не знаю, чем она меня зацепила… Хотя, кажется, знаю. Ее лицо закрыто вуалью, но, если хорошенько присмотреться, можно разглядеть ее глаза. Там, в глубине. Они едва просвечивают, но все же их видно. Для меня ее взгляд – тот самый взгляд из прошлого, о котором я тебе говорил.

– Она и правда смотрит. – Марго повела плечами. – Жуть какая. Сорвать бы с нее вуаль и посмотреть, что под ней. Хотя нет, не надо. Вдруг там что-то страшное!

– Страшное лицо времени! – Петя засмеялся. – Не забивай себе этим г-голову, сестричка. Пойдем допьем шампанское.

Марго вернулась к столу, все время оглядываясь на фотографию.

– Мне кажется, что она смотрит на меня из-под своей вуали, – сказала Марго. – Совершенно идиотское ощущение.

– И кто из нас после этого с-сумасшедший? – развеселился Петя. – Впрочем, если хочешь, я ее уберу.

– Да нет, не надо. Пусть себе висит. Лучше налей мне еще шампанского! А то я начинаю трезветь.

– О, женщина, разумно мыслишь ты! Давай скорей фужер, пока не передумал!

Шампанское, наконец, окончательно и бесповоротно ударило журналистке в голову. Марго почувствовала легкое головокружение, но это было приятное чувство. На душе стало легко, весело, спокойно. Хотелось танцевать, смеяться или говорить-говорить – о чем угодно, лишь бы это были веселые разговоры. И Марго говорила.

– Я ужасно болтлива, – говорила она. – Ты, случайно, не женат?

– Взгляни на руки мне – оков ты не увидишь! – ответствовал Петя трагическим голосом.

– А был? – щурилась на него зеленоглазо Марго.

– Нет, – твердо и несколько печально ответил Петя.

Марго протянула руку и погладила его по рыжеволосой, курчавой голове.

– Ох, Петя, Петя… Хороший ты мужик. Умный, красивый, добрый. Талантливый, в конце концов. И как это бабы мимо тебя прошли?

– Не разглядели, наверное. А может, я их не разглядел. Да и не разглядывал я их.

Марго отвела глаза и, лукаво улыбаясь, провела пальцем по кромке фужера.

– Что так?

– Не знаю. Наверно, п-потому, что я уже пять лет… Ладно, не важно.

– Договаривай, – хрипло проговорила Марго.

– Зачем? Ты ведь и с-сама все знаешь.

– Может, знаю. А может, нет.

Петя приблизил к ней лицо.

– Я уже пять лет люблю одну женщину. Хочешь знать, как ее зовут?

– Как?

– Ее зовут…

Петино лицо было так близко, что Марго почувствовала запах дорогого одеколона и табака. Настоящий мужской запах. Теплая волна прокатилась по ее животу, сердце забилось.

– Так как ее зовут?

Вместо ответа Петя вдруг наклонился и быстро поцеловал Марго в губы.

– П-прости, – сказал он, вдруг смутившись. Заглянул Марго в глаза и, не видя в них протеста, договорил осмелевшим голосом: – Если я еще раз так сделаю, я не получу по морде?

– Думаю, нет, – ответила Марго, улыбнулась и закрыла глаза.

Солнечные лучи, прокравшись по подушке, легли Марго на веки. Она открыла глаза, снова их закрыла. Потом приподнялась и огляделась вокруг.

«Что за черт? Где это я?»

В глазах ее стояло удивление. Вдруг, словно что-то сообразив, Марго приподняла одеяло и осмотрела свое тело. На ней были лишь трусики и лифчик.

– Черт, – тихо и досадливо проговорила она.

И тут же подумала со стыдом: «Как же это могло случиться? И… почему я ничего не помню? Или помню?»

Что Марго помнила абсолютно точно, так это то, что она целовалась с Петей. Он обнимал ее, наливал ей шампанского, нес какую-то веселую околесицу. Марго все время смеялась. Смеялась… и думала о том, о ком думать не следовало.

«С другой стороны, если бы что-то было, то вряд ли тут. Диванчик слишком маленький. Вдвоем тут не уместиться».

Эта мысль немного обнадежила Марго.

В комнату вошел Петя. Он был в красном восточном халате, свежий, подтянутый. Рыжие волосы красивыми волнами лежали на его плечах.

– А, п-проснулась наконец, спящая царевна! – весело сказал Петя, усаживаясь на диван. – Доброе утро, сестренка!

– Доброе, – промямлила Марго, совсем не уверенная в том, что оно действительно доброе. Покряхтела, прочищая горло, и, решившись и вперив в небритое лицо фотографа зеленые глаза, спросила прямо: – Петь, скажи правду, мы ведь не…

– Что? А, ты про это. – Давыдов покачал головой. – Нет. Не успели. Ты слишком много выпила, и тебя быстро сморило. Хотя ты была не против.

Марго облегченно вздохнула.

– Слава богу… Жуть, как не люблю такие моменты. А разделась я сама?

– Почти. Я лишь н-немного тебе помог.

Марго стыдливо и подозрительно на него посмотрела.

– Точно немного?

Петя усмехнулся.

– Юбку ты снимала сама, если ты об этом.

И снова Марго облегченно вздохнула, и голос у нее зазвучал бодрее:

– Слушай, Петь, будь другом, сделай мне чашку крепкого кофе. А я пока приведу себя в порядок.

– Как скажешь, сестренка.

Петя наклонился и поцеловал ее в губы.