Читаем Белое с кровью полностью

– Зачем тебе эта штука? Здесь все равно нет связи, – Миккая с деланым безразличием принялась разливать по пиалам какую-то дымящуюся жижу. – Отправляешь эти… как вы их называете? – ведьма одарила Нику коротким веселым взглядом. – СМС, да?

– Это моя штука, больше не трогайте.

Миккая рассмеялась – легко и игриво. И от ее смеха колокольчики под потолком всколыхнулись и выдали короткую музыкальную партию.

– Значит, некто Маркел, – ведьма протянула ей дымящуюся пиалу. – Любовь и все такое? Да бери ты, пей, – нетерпеливо добавила она, поймав подозрительный взгляд Ники.

Та нехотя приняла пиалу и осторожно понюхала: в нос ударил запах спирта.

– Я не пью алкоголь, – фыркнула она. Это было скорее далекой целью, нежели абсолютной правдой, но кто проверит?

– У тебя же фляжка в рюкзаке.

– Там чай, что за стереотипы?

Миккая вновь рассмеялась:

– Мы тоже не пьем алкоголь. Настаиваем травы, а они со временем дают этот запах.

Ника сдалась и, закатив глаза, сделала глоток непонятной жидкости: действительно, на вкус никакого спирта, только дерущая горло горечь с примесью мяты и еще чего-то кислого. Она поморщилась, но, к своему удивлению, спустя пару секунд почувствовала тепло и приятную слабость в конечностях.

– Я бы поела, если честно.

– Поешь позже. – Миккая отпила из своей пиалы.

– Тогда Джей Фо?

Ведьма вдруг поднялась и проплыла к полкам – туда, где сосредоточилось больше всего деревянных статуэток. Казалось, все тут откликается на ее движения – шевелится, шепчет, издает едва слышные мелодичные звуки. Как будто шатер и был самой Миккаей… Жуть.

– Айтаны, – ведьма едва коснулась пальцем одной из статуэток. Ника поставила свою пиалу и подошла к ней. – Наши защитники, из семейства псовых. Мои предки говорили, что когда-то они были людьми и могли менять облик, но мы до сих пор не знаем, так ли это. Их давно никто не видел.

Ника уставилась на статуэтки. А ведь действительно, все они в той или иной степени походили на собак, и складывалось впечатление, что создавал их неопытный мастер: кривые, непропорциональные, с конечностями разных размеров и неумело вырезанными глазами. Ведьма взяла одну из фигурок и протянула девушке.

– Эту я видела сама, – задумчиво сказала она.

Статуэтка была необыкновенно холодной и изображала тощую черную волчицу с такими же черными глазами, выделенными едва заметным белым контуром. На теле виднелись следы серой краски, смахивающие на проплешины в шерсти.

– Волчица? – уточнила Ника, рассматривая вытянутую морду животного. Что-то внутри резко дернулось и оборвалось. Против воли она глубоко вздохнула.

Миккая криво усмехнулась, гипнотизируя взглядом фигурку, а затем забрала ее и вернула на полку.

– Она пришла к нам в начале прошлого тысячелетия, – тихо сообщила ведьма. – Обычно айтаны являются определенному существу, а она – ко всему клану сразу.

– Ничего себе, какая вы с… кхм… взрослая. И совсем не выглядите на свой возраст.

Миккая одарила ее снисходительной улыбкой, и взгляд ее темных глаз отчетливо говорил: «Ты дурочка, но я уже привыкла иметь с такими дело». Ника непринужденно пожала плечами. Подумаешь.

– А… с чего вы взяли, что она айтан?

– Глаза – они как у людей, – просто ответила ведьма, и ее взгляд резко стал пытливым. Ника едва сдерживалась.

Знает же ответы! Какого черта, интриганка херова.

– Ну, пришла, и что дальше? Что они вообще делают – эти ай-та-ны?

Миккая несколько минут так сосредоточенно смотрела на нее, что Ника непроизвольно отступила. Она уже хотела отойти к столу, как вдруг ведьма резко подлетела к ней (точно подлетела – Ника могла поклясться, что видела, как ее ноги оторвались от пола!) и, нависнув, словно свирепый коршун, шепнула прямо в губы:

– Ты чувствуешь ее? Чувствуешь?

Дыхание ведьмы обожгло ледяным холодом, и губы от него ощутимо закололо. Наверное, если бы мертвые могли дышать, они бы делали это именно так. Ника слегка отклонилась, не смея отвести взгляд. У Миккаи были слишком черные глаза, совсем как у нее, когда вторая душа рвалась на волю, – такие же свирепые, сверкающие и без зрачков.

Где-то вдалеке раздался перезвон колоколов, и Миккая отпрянула. Она неловко одернула платье и быстро прошла к вешалке у входа.

– Пора ужинать. – Миккая взяла плащ и устремилась к двери.

Ника не двинулась с места: бегать за ведьмой по первому зову она уж точно не собиралась. Останется здесь, злая и голодная, пока та сама не придет к ней и не соизволит ответить на вопросы. На ее условиях.

В подтверждение своих намерений Ника уже собиралась сесть на циновку, но вдруг Миккая обернулась.

– Волчицу звали Джей Фо, кстати, – обронила она и скрылась за соломенной дверью шатра.

– Старая сука, – процедила Ника и, схватив пуховик, бросилась следом.