Читаем Белинский полностью

За последние годы в советской литературе обнаружились различные точки зрения на отдельные стороны мировоззрения критика. Возникли дискуссии и о том, как вообще надо подходить к идеям деятелей русского освободительного движения. В 1973 г. журнал «Вопросы литературы» организовал полемику по вопросу о наследии русских революционных демократов, в частности и Белинского. Полемику начал филолог Б. Ф. Егоров статьей «Перспективы, открытые временем»[2]. Отмечая, что за последние 10–15 лет внимание ученых к революционным демократам несколько ослабело, он говорит, что в этом, возможно, виноваты и те авторы, которые «хотели бы лишь хранить наследство в глубоких сундуках и подвалах», и те учителя, «которые превращали Белинского и Добролюбова в этаких добродетельных всезнаек, проповедовавших прописные истины», и те «чрезмерно осторожные издатели и комментаторы сочинений классиков, иногда препарировавшие их тексты и сглаживавшие острые углы». Осуждая тех скептиков, которые, не прочитавши «ни одной статьи Белинского, с чужого голоса бубнят, что для XX века труды революционных демократов стали устаревшими»[3], Егоров вместе с тем требует ликвидации упрощенного подхода к революционно-демократическим идеям: более глубокого освещения их связей с зарубежной мыслью, рассмотрения их в развитии и пр. «…Теперь, — пишет Егоров, — мы доросли до рассмотрения таких аспектов их наследия, которых раньше не замечали!»[4]

Не со всем в статье Егорова можно согласиться. На наш взгляд, не является правильной его «новая» трактовка последнего периода жизни Белинского, что уже было отмечено в ходе полемики. Не очень удачно звучит утверждение Егорова, что теперь мы «доросли» до новых аспектов в рассмотрении революционно-демократических идей: получается, что серьезные недостатки в литературе о революционных демократах, допускавшиеся нами продолжительное время, объясняются тем, что мы не доросли тогда до правильной точки зрения, а не более сложными причинами. Однако Егоров совершенно прав, когда требует новых аспектов в подходе к революционным демократам, в том числе и к Белинскому.

Одним из серьезных пробелов в советской литературе о революционных демократах было в прошлом однобокое освещение их отношения к передовой зарубежной мысли. Если признавалась связь социалистических взглядов демократов с утопическим социализмом Запада, то влияние на них немецкой классической философии замалчивалось. Это было связано с неправильным толкованием этой философии как аристократической реакции на французскую буржуазную революцию и французский материализм. Как положительный факт следует отметить появление, в особенности за последние годы, работ[5], показывающих влияние немецкой классической философии на русских демократов, включая и Белинского. Эта философия, как и утопический социализм Запада, явилась одним из теоретических источников мировоззрения Белинского. Особенно большую роль в развитии его философских взглядов сыграли Гегель и Фейербах.

Это, конечно, не значит, что правы те дореволюционные и современные зарубежные авторы, которые отрицают самостоятельность и оригинальность философских идей Белинского. Его идеи складывались в первую очередь под влиянием тех условий, которые существовали тогда в России. Философия критика находилась в единстве с его общественно-политической программой, отражавшей специфические потребности русской жизни. Для него, по определению Герцена, было характерно «живое, меткое, оригинальное сочетание идей философских с революционными» (18, 9, 28).