Читаем Белая ворона полностью

А потом кто-то хриплым, простуженным, словно надтреснутым голосом проговорил:

– Пр-рекрасно, пр-рекрасно, пр-росто прекрасно!

Я вскрикнула:

– Кто вы? Где это мы? Как я сюда попала? И что во всем этом вы находите прекрасного? Я лично – ничего не нахожу, так что позвольте с вами не согласиться!

Мне никто не ответил, зато вокруг стало чуть светлее, или мои глаза немного привыкли к темноте, но только я различила впереди два тусклых зеленоватых огонька. Я попыталась приподняться, чтобы разглядеть эти огоньки получше, – и тут раздался звук, от которого кровь в моих жилах заледенела.

Это было негромкое угрожающее рычание.

Бонни иногда тоже рычит – но рычит совсем иначе, как-то душевнее, что ли. Он своим рычанием показывает недовольство, или раздражение, или еще какую-то негативную эмоцию. В этом же рычании была только холодная, бездушная угроза.

Я тут же отшатнулась – и рычание затихло.

Мои глаза еще немного привыкли к скудному освещению, и я различила перед собой какие-то вертикальные полосы. Я всмотрелась пристальней и поняла, что это прутья решетки. А чуть дальше, за этими прутьями, смутный темный силуэт, на котором четко выделялись те самые зеленые огоньки.

И тут я поняла, что это такое.

Точно так же у кошек в темноте светятся глаза.

Только эти глаза были куда больше кошачьих, и сама кошка была огромная, не меньше Бонни.

Так вот кто только что рычал!

«Только не впадать в панику! – приказала я себе. – Это, наверное, сон. Это не может быть реальностью. Откуда здесь может быть такая огромная кошка? Мы же не в Африке…»

А потом мелькнула утешительная мысль.

Между мной и страшным силуэтом с зелеными глазами прутья решетки. Значит, даже если я не сплю и рядом со мной на самом деле находится огромная кошка, она сидит в клетке и не может ничего мне сделать.

Если, конечно, клетка заперта. И вообще, это зоопарк, что ли? Непохоже, слишком мало места и запах жуткий.

Тут раздался негромкий щелчок, и вокруг стало гораздо светлее, так что я с непривычки зажмурилась.

Когда мои глаза привыкли к свету, я смогла оглядеться.

Я находилась в довольно большой комнате, заставленной многочисленными клетками и террариумами, в которых копошились разные звери и птицы – от хомяков и чижей до енотов и больших ярких попугаев.

Один из попугаев расправил крылья и проговорил знакомым мне голосом:

– Пр-росто прекрасно!

Но не попугай привлек мое основное внимание, хотя, опять-таки, ничего прекрасного я в данной ситуации не находила.

Прямо перед собой я увидела огромную черную пантеру. Это ее зеленые глаза светились в темноте, это она грозно рычала, когда я попыталась подняться…

И тут я поняла удивительную вещь.

Между мной и пантерой действительно были железные прутья решетки. Только вовсе не пантера сидела в клетке.

В клетке сидела, точнее, лежала на жесткой соломенной подстилке я сама, а как раз пантера находилась снаружи и с интересом наблюдала за мной.

Да, я была заперта в клетке, как один из экспонатов этого странного зверинца…

Послышались шаги и, с трудом оторвав взгляд от пантеры, я повернулась в сторону этого звука.

От дверей комнаты ко мне приближался мужчина лет тридцати пяти.

Приглядевшись к нему, я узнала того самого неказистого мужичка, который сидел с неиссякающей бутылкой пива возле Елениного подъезда. Сидел, наблюдая за этим подъездом. Ну да – ведь именно тогда я первый раз увидела белый микроавтобус с надписью «Доктор Дулитл», именно он уехал тогда на этом автобусе…

– Что вам от меня нужно? – спросила я его, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

Но мужчина сделал вид, что не слышит моего вопроса, и проговорил, обращаясь, по-видимому, к пантере:

– Ну, как она вела себя, Индира?

Пантера тихо, выразительно зарычала.

Говорящий попугай переступил на жердочке и прокричал хриплым голосом рыночной торговки, рекламирующей семечки или вяленую рыбу под пиво:

– Пр-рекрасно! Пр-росто прекрасно!

Я не выдержала и воскликнула:

– Отпустите меня! Отпустите меня немедленно! Вы что, с ума сошли – сажать живого человека в клетку?

На этот раз мужчина меня заметил, повернулся в мою сторону и насмешливо проговорил:

– Живого, говоришь? Ну, это временно… это дело поправимое! Как ты считаешь, Индира?

Пантера удовлетворенно заурчала, потерлась о ноги хозяина и плотоядно взглянула на меня.

– Индира со мной согласна! – Мужчина ухмыльнулся. – Она человечинку любит!

Я вспомнила, как совсем недавно пугала дяди- Васину тещу, как обещала расчленить ее в ванне, и подумала, что этот тип точно так же пугает меня, что дальше угроз он, разумеется, не пойдет. Нужно только ему подыграть, показать, что я напугана до чертиков. Хотя, честно говоря, я действительно была напугана.

– Да зачем вообще я вам нужна? – проговорила я жалобным, дрожащим голосом. – Я женщина бедная, одинокая, выкуп за меня платить некому, счетов в зарубежных банках не имею, полотен Рембрандта или яиц Фаберже под кроватью не храню, так что вам держать меня в плену нет никакого резона…