— Останови на минуту, — сказал водителю, когда проезжали рядом с цветочным магазином. Там Орлов выбрал самый красивый букет, когда остановились у подъезда, вышел, прихватив сумку с дыней, и поднялся на свой этаж.

Надавил пальцем кнопку, внутри сыграла мелодия, щелкнул замок — отворилась дверь.

— Вот я и вернулся, — шагнул за порог Алексей. Поставив вещи, чмокнул в щеку жену, вручил ей душистый букет и подхватил на руки выбежавшего из комнаты сынишку.

— Папка, это у тебя медаль? — потрогал тот матово блестевшую награду.

— Медаль, сынок, — улыбнулся отец. — На сборах хорошо учился.

Встретился он с начальником ГРУ через сутки, в том же центре на улице Гризодубовой.

— Ну так как, Алексей Иванович, подумали? — пригласив сесть, поинтересовался генерал. Теперь он был в гражданском костюме с галстуком, чем-то напоминая дипломата.

— Я согласен, — ответил Орлов. — В чем моя задача?

— Мы усиливаем работу в Центральной Азии, в том числе в Афганистане. Коалиция европейских стран во главе с США готовится к широкомасштабным военным действиям против «Талибана». Официально мы не участвуем, но сотрудничаем с американским РУМО[43]: обмениваемся информацией и проводим спецоперации.

— Понятно.

— Так вот, — продолжил собеседник. — В структуре управления создается подразделение глубинной разведки для особых задач в этом регионе. Вы назначаетесь командиром.

— Спасибо за доверие. Постараюсь оправдать, — встал Орлов со стула.

— Кстати, в вашей «Белой стреле» есть интересные ребята. Вы меня поняли?

— Понял, товарищ генерал.

Эпилог

Спустя месяц по Панджшерскому ущелью в рассветных сумерках несся вертолет. Лопасти винтов рубили воздух, машина плавно вписывалась в повороты.

На скамейках в грузовом отсеке сидели пятеро. Все бородатые, в одежде дехкан, вооружены до зубов. У ног лежали туго набитые хурджины.

— Давненько я не бывал в этих местах, командир! — проорал, глядя в иллюминатор, Нечай. — Соскучился по «духам».

Сидевший напротив Рыбаков с философским видом подбрасывал в руке монету: орел — решка.