Читаем Белая молния полностью

В полку был летный день. Самолеты резали свистящими крыльями воздух, и в окнах служебных зданий то и дело рождалась и угасала лихорадочная звень, гудела и успокаивалась земля. У людей был суровый и в то же время возвышенный вид. Новейший самолет полностью покорился им, стал их боевым оружием. Всюду, где Зарубин был, он отмечал удивительную гармонию неба, людей и самолетов. И это настраивало его на добрые мысли. Да, кипит жизнь… Все, как при нем.

Однако время торопило его. Козодой оказался прав — портилась погода. Вот уже заплыл горизонт, стушевалась, пропала за летным полем гора с Косым бором. Предупредив командира полка, чтобы он занимался своим делом, Зарубин направился к самолету.

Знакомая тропка плавно огибала капонир. Здесь когда-то стоял его самолет. Когда Зарубин улетал, тут часто маячила фигура техника Кудиярова. Отсюда он смотрел за взлетающим и идущим на посадку своим самолетом, чтобы вовремя встретить его. Кудияров низкого роста, круглый, как шар, и розовощекий, будто только что из бани. Ни мороз его не брал, ни жара. Подвижный и всегда улыбающийся. Зарубин не мог даже представить его себе задумчивым или грустным.

Сейчас он вспомнил своего техника потому, что на его месте давно стоит кто-то другой и неотрывно смотрит на летающие самолеты.

Подойдя ближе, Зарубин узнал в том человеке капитана Стороженкова. Его неподвижная фигура, тоскливый до жгучей полынной горечи взгляд перевернули Зарубину душу. Стороженков напоминал большую птицу, у которой перебиты крылья, и она со смертной тоской смотрела, как улетала родная ей стая. Неужели она не испытает мучительной радости неизведанного полета?..

У Зарубина что-то дрогнуло в груди. Вспышкой молнии осветилось прошлое. Думал о Стороженкове и о себе.

Видно, есть в человеческой душе такие струны, к которым не каждому дано прикоснуться. Это может сделать только сам человек. Надо только помочь ему их найти. Но как бы поступил Зарубин теперь, повторись со Стороженковым прошлое? Что сделал бы он, чтобы не видеть этого разрывающего душу пилотского взгляда?

Издали, со стороны бора, донеслись раскаты грома. С сухим треском надломилось небо. Резко ударило ветром, и тут же все как-то сразу оборвалось и замерло в неистовом ожидании грозы.