Читаем Белая Кость полностью

По галереям и палатам двигался нескончаемый поток людей, одетых в яркие наряды. Янара была единственным белым пятном, если не считать королевских гвардейцев, носивших белые накидки. На «члена тайного ордена» поглядывали искоса. Про Чистильщиков душ, хранящих молчание даже под пытками, ходило много слухов. Якобы они гипнотизировали взглядом и заставляли плакать самых злостных преступников. Поговаривали, что в комнату умирающего, как правило, входит один монах, но выходят всегда двое. Однако Киаран не нашёл никого, кто бы сказал: «Я видел это собственными глазами».

Вынырнув из толпы, они прошли в ложу, расположенную на втором ярусе тронного зала. За окнами серело утро. В шандалах и люстрах горели все свечи. На возвышении возле трона уже стояли Хранители и Святейший отец. Дворяне, рыцари и религиозные служители глазели по сторонам и тихо переговаривались. За ними хмуро наблюдали королевские гвардейцы, занявшие места вдоль стен и возле колонн.

Заметив сбоку от возвышения Лейзу, единственную в зале женщину, Киаран попросил сэра Ардия не оставлять Янару одну и через некоторое время присоединился к матери короля.

От волос, прикрытых полупрозрачной накидкой, исходил аромат корицы и кедра. От фигуры, закутанной в пурпурные шелка, веяло холодом.

— Прекрасно выглядите, миледи, — прошептал Киаран и нашёл взглядом бесформенный белый силуэт в ложе.

Удачное место. Обзору не мешают ни колонны, ни люстры, ни люди. Рэну надо только поднять глаза, чтобы увидеть даму своего сердца.

— Спасибо. Вы тоже. — Ответ прозвучал как вздох. — Вам нравится леди Мэрит?

Киаран сжал рукоять кинжала. Лейза его ревнует! Наконец-то дело сдвинулось с мёртвой точки.

— У вашего сына отменный вкус, миледи.

— Вы будете скрывать от меня её тайны?

— Кроме того, что над ней измывался муж, у вдовы нет тайн.

Лейза встала к Киарану вполоборота и незаметно для других провела пальцами по его руке:

— Ваши дочери сказали…

Он отшатнулся:

— Мои дочери?

Лейза хмыкнула и повернулась к залу лицом:

— Они сказали, что леди Янара почти здорова. Мне не понятно слово «почти». Что оно означает?

Киаран смахнул пот, выступивший над верхней губой:

— Женщина, которую избивали три года, не может быть абсолютно здоровой. Почти — это значит, что скоро миледи Янара будет в полном порядке.

— Скоро — это когда?

— В ближайшем будущем.

— В ближайшем будущем она понесёт наследника короля. Если бы ваши… ставленницы обнаружили у неё серьёзное заболевание, они бы вам доложили?

— Да, — произнёс Киаран без раздумий.

Лейза посмотрела на него:

— А вы доложили бы мне?

— Конечно, — ответил он, с трудом выдерживая жалящий взгляд. — Как вы поняли, что они мои дочери?

— Никак. Вы сами только что сказали.

Киаран подавился воздухом и закашлялся. Какой же он дурак!

Лейза похлопала его по спине и, замерев, проговорила:

— А вот и наш король…

В сопровождении почётного караула через зал шёл Рэн Хилд. Вместо бархата и шёлка — кожаные штаны и куртка. Грудь и спина были закрыты металлическими пластинами, украшенными орнаментом из латуни. На плечах пластинчатые наплечники, покрытые геральдикой. И сапоги, в которых герцог Хилд впервые ступил на землю королевства. В одежде ничего лишнего. В броне с головы до ног рыцари являлись только на турниры и на поле брани.

Рэн не упал перед троном и не потерял мантию. Святейший отец торжественно прочёл молитву и отточенным движением, словно делал это сотни раз, возложил корону ему на голову.

Получив от Хранителей перстень-печать, щит и копьё, король Рэн произнёс:

— Клянусь поддерживать хорошее и отрицать плохое. Клянусь оберегать старые традиции и не препятствовать новым, если оные направлены на мир и процветание Шамидана.

Лорды одобрительно зашумели.

— Перед тем как принять от вас клятву верности, — вновь проговорил Рэн, — хочу закрыть один вопрос. Лорд Мэрит!

Свёкор Янары приблизился к возвышению:

— Весь во внимании, ваше величество.

— Я возвращаю вам штандарт вашего дома. Вы правы, он должен сгореть в погребальном костре вместе с последним потомком великого рода.

Королевский гвардеец внёс в зал зелёный флаг с двухголовым волком. Вручив его лорду, отвязал с навершия пурпурную ленту.

— Благодарю, ваше величество, — произнёс Мэрит, сжимая в кулаке флагшток с такой силой, словно это был меч.

— Я бы вернул вам и замок, но не могу. Во время переговоров ваша сторона нарушила кодекс чести. Надеюсь, ваши родственники или друзья обеспечат вам пристанище, где вы проведёте достойную старость.

Поигрывая желваками, Мэрит попятился и смешался с толпой. Только флаг выдавал его месторасположение.

Рэн вызвал бывших вассалов покойного герцога Мэрита, тех, кто сдал ему свои особняки:

— Я возвращаю вам штандарты ваших домов и возвращаю вам феоды.

Под аплодисменты и восторженные выкрики знатного общества гвардейцы внесли флаги и вручили их владельцам. Поступок, достойный короля, привёл к нужному результату: великие и малые лорды с энтузиазмом начали выстраиваться в очередь, чтобы принести клятву верности.