Читаем Беглянка полностью

– Не знаю, брат. Во мне слишком много белой крови, и меня далеко не всегда приглашают на совет. Конечно; я за мирный исход, но Томпсон совершил большую глупость, когда арестовал Оцеолу, обвинил в неповиновении и заявил, что с ним опасно и бесполезно иметь дело. Ты-то ведь хорошо знаешь Оцеолу. Думаю, Томпсон хочет решать все один, не спрашивая индейцев. А теперь в душе Оцеолы разгорелся огонь мести, и я не знаю, что он замыслил или может замыслить. Дело, конечно, не только в его вражде к Томпсону. Между индейцами и поселенцами и без того хватает споров и конфликтов. Белые упорно хотят выжить нас отсюда. Но куда? В море?

– Какое-то решение должно найтись. Иначе…

Бегущий Медведь оборвал его:

– Верно, но найдется ли? Сомневаюсь… Я ухожу, брат, и ты тоже уходишь своей дорогой. Пусть путешествие будет тебе во благо. Время идет и уносит горести. Ты перестанешь тосковать. Найдешь себе жену.

– Я не хочу больше жениться.

Бегущий Медведь кивнул:

– Тогда просто заведешь женщину. Хозяйку очага. Ты ведь не собираешься в монахи, о чем я слышал от кого-то?

– Черт! – вскричал Белый Тигр. – Каких только слухов не бывает! – Но, увидев неподдельное участие в глазах собеседника, остыл, вздохнул и негромко рассмеялся. – Надеюсь, ты удержишь меня от этого!

– Конечно, брат! Счастливого плавания.

– Береги себя, друг.

Они быстро обнялись, и Бегущий Медведь последовал за своими спутниками – грациозной походкой и почти бесшумно. Через мгновение он исчез за деревьями.

Белый Тигр неподвижно стоял на поляне, овеваемый легким ветром, и ему снова показалось, будто что-то неведомое вот-вот повлечет его куда-то. Но куда – неизвестно…

Далеко от этих мест колесо Судьбы тоже сделало неожиданный поворот.

Это произошло в тот же день, но там, где находилась она, совсем юная девушка, не было леса, не щебетали птицы, а пурпурное солнце не опускалось за кипарисы.

Хорошо меблированный дом располагался в одном из довольно благоустроенных городов молодой американской страны. На дамах были наряды из шелка и атласа, им подавали кофе и чай на серебряных подносах. Отполированные деревянные полы были застланы персидскими коврами, на окнах висели дорогие портьеры.

Внезапно прогремел выстрел…

Гулкий, раскатистый, он раздался как удар грома в мертвой тишине огромной комнаты.

Удивленная, испуганная, девушка заметила мужчину, сидевшего неподалеку от импровизированной сцены, на которой она стояла. Тот попытался приподняться, но почему-то не смог. Высокий, широкоплечий, с густыми седеющими волосами и благородным лицом, он явно понял, что смерть уже близка. Ярко-красное пятно расплывалось по его белоснежной манишке – пуля угодила прямо в сердце.

Время для него остановилось. Мужчина еще противился смерти – но тщетно. Алое пятно становилось все шире. Сделав последнее усилие, он привстал со стула… и рухнул на пол.

Девушка, замерев, уставилась на ружье, которое держала в руках.

«Но ведь в нем холостые патроны, и я еще не… Как же? Как это могло случиться?..»

Она перевела взгляд на людей, сидевших и стоявших в большой гостиной респектабельного дома, и ей показалось, что на нее уставились чьи-то злобные глаза. Лицо незнакомца было тоже холодным и даже жестоким. В этот момент девушка услышала сзади какой-то звук и обернулась…

В гостиной устроили импровизированную сцену лишь на один день: соорудили небольшой помост, и возле него полукругом разместились зрители.

Но сейчас она смотрела не на них, а туда, откуда донесся легкий шелест.

Девушка увидела, что свисающее полотно еще колышется, и поняла: там кто-то есть. И это тот, кто выстрелил именно тогда, когда по ходу действия ей предстояло сделать выстрел – разумеется, холостой.

Изумление и страх приковали ее к месту. Она не понимала, что произошло.

Но уже слышала вопли испуганных зрителей. Они подступали все ближе к ней, исступленно крича:

– Хватайте ее!

– Она убила его!

– Убийство!

– Держите убийцу!

Крики становились громче. Нарядные мужчины и женщины повскакали с мест. Красивые приветливые лица исказились ненавистью, жаждой мщения. На них было написано: кровь за кровь!

«Господи! – мелькнуло у нее в голове. – Неужели кто-то подстроил для меня ловушку? Но кто? Зачем?»

Нет! Она не поддастся! Не станет безвинной жертвой! Не будет платить непомерную цену за чье-то преступление!.. Нет! Надо бежать отсюда!.. Бежать куда глаза глядят! Она не позволит втянуть себя в страшную игру… Боже, помоги!

И снова она увидела – или это лишь померещилось? – безжалостные горящие глаза. Глаза человека, который, замыслив убийство, холодно и расчетливо устроил для нее западню. Все продумал и взвесил…

Нет! У него не выйдет! Пусть не надеется…

Девушка, преодолев оцепенение, быстро повернулась. Она была молодая, проворная, гибкая… Ей только казалось, что после выстрела прошла вечность. На самом деле, едва убитый рухнул на пол, она кинулась к окну, расположенному позади сцены, за портьерами.