Порывисто приподнялась, опираясь на него, залилась краской, вспомнив, что на ней ничего нет, потянула на себя одеяло, но Влад не дал. Прижал снова к себе, поцеловал. Потом взъерошил ёжик мягких волос:

— Чудо ты моё. В перьях…

— Это почему в перьях?!

Озадаченное личико было таким забавным, что он вновь улыбнулся:

— Потом расскажу.

— Да?

Потёрлась щекой о его грудь, вздохнула.

— Давай всё-таки вылезать из кровати. А то так и останемся…

— Я не против.

— Я тоже. Но… Позже. Сейчас у меня там всё… Болит…

И залилась такой краской, что человек даже на мгновение испугался — вдруг сгорит по настоящему…

Глава 16

— Ой, сколько всего!

Ари ахнула, увидев штабеля тканей всех сортов. Влад обвёл склад широким жестом:

— Выбирай.

Подошёл к одной из полок, снял с неё молекулярный сшиватель, протянул девушке:

— Вот. Вместо иголки с ниткой.

Озадачилась:

— А что это такое?

— Покажу, когда вернёмся.

Нашёл обыкновенную ручную тележку, под чутким руководством девушки начал укладывать туда материю. На удивление, Ари не стала наваливать всё подряд. Выбрала четыре вида материи, под обычное верхнее, нижнее и рабочее, как он понял. Повезли тележку назад. Идя по коридорам, человек внимательно осматривался по сторонам. В основном косметические проблемы. Там поцарапано, тут разбито. Так что внутри особых проблем нет. Вот палубы, где нарушена герметичность, да энергетика. Тут — да, проблемы ещё те… Отвезли ткань, показал своей, да, своей женщине, как пользоваться хитроумной машинкой. Ничего сложного. Приложил края друг к другу, провёл по ним одной стороной пульсатора, соединились. Надо разрезать? Переключаешь режим и режешь, словно обычными ножницами. Ари сразу захлопотала, спросив, предварительно, разрешения. Это понравилось. Не самовольничает, слушается. Обеспечив её развлечениями и работой, снова вышел из апартаментов, строго настрого запретив ей выходить без него. Направился в реакторный отсек. Там, образно говоря, дым стоял коромыслом. Множество киберов сновали туда–сюда, облепив огромные грибы реакторов, тянули здоровенные полосы шин, прокладывали сверхпроводимые кабеля. У круглого сооружения выстроилась целая очередь ожидающих своей очереди заправиться. Происходило это быстро. Разъём вставлялся в порт, короткий звук. Всё. Готов. Отъезжай. Следующий! Полюбовавшись на такую красоту, двинулся в святая святых — место, где находился искин. Увы. Двери наглухо задраены, горит сигнал разгерметизации. Ну, надеюсь, ему это не страшно. Оттает. Поднялся, отдуваясь, на двадцать восьмой этаж, где находилась обзорная галерея. Надо же взглянуть, что творится вокруг. Лучше бы этого не делал…

…Горло сдавило вновь. Вокруг всё было белесо–жёлтым от газа. Судя по всему, взрыв гигантской планеты зацепил не только её спутники, но и другие планеты, находящиеся поблизости. Поверхность естественного спутника населённой планеты выглядела изъеденной крысами. Из туманности время от времени выплывали бесформенные глыбы, но куда чаще в мареве мелькали непонятные тёмные пятна. На месте светила — расплывчатое светлое пятнышко. Если даже кто-то и уцелел там, внизу, то уже мёртв. Количество солнечных лучей минимально, а остывают планеты быстро. Так что там уже космический холод. Да и, судя по косвенным признакам, букет астероидов начисто сорвал атмосферу у планеты. Мир и покой вам, разумные. Эх, девочки… Остались бы со мной, глядишь, уцелели бы… Пуф… Засияли огоньки индикаторов, забегали диаграммы. Включились сканеры. Пока, правда, ближние. Торопливо вывел изображение, схватился за голову. Вокруг — настоящий суп с клёцками. Сплошной завал останков планеты и то, что осталось после битвы, вокруг станции. И… Самое страшное… Планеты, как таковой нет. Будем надеяться, что просто станцию откинуло от неё взрывом. Но сердце подсказывало, что раз спутник возле неё есть, то планеты действительно больше не существует… Что-то пискнуло. Сигнал? Нет, показалось. Вздохнул, пошёл обратно. По пути заглянул в ангар. Посмотрел на свой истребитель, сиротливо притулившийся у стенки, на вогнутые ударом, но тем не менее, держащие атмосферу створки ворот. Снова вздохнул, поплёлся обратно. Едва переступил порог, как навстречу кинулась Ари, крутанулась, демонстрируя новое платье. Широкая юбка, обтягивающий лиф. Красиво. Просто и со вкусом. Понравилось. Увидела, что он озабочен, наморщила лобик:

— Что, так всё плохо?

— Да нет…

Махнул рукой. Постарался успокоить:

— Это не к тебе. Вокруг… Не очень. Машины восстанавливают станцию. Так что многое неясно. Но и того, что я увидел, достаточно, чтобы…

Замолчал. Попытался объяснить:

— Твой мир, Ари… Он больше… Его больше нет.

— Как… Нет? И все умерли?!

— Да.

Её словно ударили. Медленно опустилась на пол, а он засуетился, не зная, как её успокоить. Потом спохватился, вытащил из шкафа автомедика, запустил. Тот опутал девушку своими усами, пряча в кокон. Сердито забибикал, загудел. Потом убрал усы, оставив спящую Ари.

— Диагностирован эмоциональный шок, небольшие внутренние повреждения. Пациент погружён в лечебный сон сроком на четыре часа.