Читаем Беглецы-Х (СИ) полностью

Но руки разжала, и человек выполз из вороха ткани. Сразу захотелось нырнуть обратно, потому что снаружи стоял настоящий мороз. Минус тридцать. Не меньше. Поёжился, потом прошмыгнул к пульту управления климатом, тот банально отключился. Коснулся сенсора и едва не завопил от ожога. А, ерунда. Квадратик ожил, сразу послышалось гудение, из незаметных щелей пахнуло горячим воздухом. Да что за Тьма! Его что, сварить хотят?! Снова едва не заорал, спустя несколько мгновений сообразив, что это после мороза обычный тёплый воздух кажется раскалённым. Уф! Отлегло. Неполадки в системе жизнеобеспечения единственного отсека, где можно жить, только их не хватало… Для полного счастья, как говорится. Теплело быстро. Спустя минуту клубы пара изо рта исчезли, озноб, пробивший его, когда виконт выбрался из-под груды ковров, наваленных сверху на кровать, начал проходить, даже мурашки на коже улеглись обратно. Девочка под коврами завозилась, наружу высунулась коротко стриженая светлая, как ни странно, голова, жадно глотнула свежий воздух. Опасливо поинтересовалась:

— Больше не будет так холодно?

— Думаю, нет.

Задумчиво ответил Влад, внимательно рассматривая запасной пульт управления, к которому успел перебраться. Включил, после некоторого колебания, а вдруг не работает? Но тот послушно вспыхнул разноцветными огоньками, к его величайшему ужасу, практически весь он светился оранжевыми сигналами неисправностей. А, нет! Стоп. Кое-что действует! Так–так…

— Есть хочу.

— Я тоже.

Машинально произнёс в ответ, потом понял, что это действительно так и есть. В животе заурчало. Ну да. всё верно. Организм израсходовал энергию на восстановление. Надо бы подкрепиться… Где там сумка из аварийного шкафа? Хвала Богам, вот она. Стоит сиротливо возле кровати. Открыл клапан — повезло, что искин полностью восстановил станцию. И даже, бедный, пополнил все положенные запасы. Немного, но на неделю им двоим хватит. Вода — в автономной системе должна быть. Снова перешёл к пульту управления жизнеобеспечением отсека — да. Полный запас. Ну да жажда им не грозит. Снаружи полно льда… Опять вернулся к сумке, вытащил два брикетика. Один протянул девчонке:

— Вот. Стакан для воды в тумбочке.

Кивнула, торопливо разорвала упаковку, вгрызлась в коричневатую массу. Последовал её примеру. Не очень вкусно, зато сытно. Подавая пример, достал пластиковую ёмкость, прошёл в санузел. Увы. Сок в графине, обычно ожидающий его, превратился в цилиндрик льда. Ничего, оттает. Хорошо, что графин не стеклянный. А то было бы… Ели оба молча, быстро, украдкой присматриваясь друг к другу. Точнее, вначале украдкой, а потом просто, уже не скрываясь. Первой не выдержала она:

— Чего?

— Ничего. Просто. А ты?

— И я просто. Ты большой. Кто? На тарка не похож. На наших — тоже.

— Человек.

— Не слышала. Ещё одна раса? Откуда ты?

— Издалека. Вряд ли ты слышала.

— Скорее всего. Кстати, почему я говорю с тобой на этом языке? Я не знала его раньше.

Улыбнулся краешком губ:

— Это моя речь. Тебе её имплантировали.

— Что? Не понимаю.

— Обучили во сне.

Девчонка смяла пакет в руке, поискала глазами, потом просто бросила на пол.

— Это ты зря.

— С чего бы?

Дёрнул щекой:

— Слуг здесь нет. Мы с тобой вообще вдвоём остались, похоже.

Беззаботно махнула рукой:

— Ерунда. Уберёшь сам.

— Уверена?

Попыталась издевательски усмехнуться в ответ и осеклась, увидев ледяной взгляд. Торопливо подобрала смятый кусочек пластика, опять зашарила глазами вокруг.

— Там.

Махнул рукой в сторону санузла. Он тоже закончил трапезу, прислушиваясь к чувству сытости. Встал, снова прошёл к пульту управления. Девчонка вернулась, сунулась к нему под руку:

— Ой, а что это такое?

— Потом. Посиди пока молча, я подумаю.

— Мне скучно.

— Зато мне — нет. Сядь и молчи.