Читаем Беглец полностью

И это что же получается? Янь-ван добился отстранения Гуаньинь от дел за то, что она вмешивалась в дела людей, а сам, значит, с легким сердцем? А он не офигел ли часом? Меня всех плюшек лишил, а своего ставленника прокачал до Великого Мастера?

Нечестно!

Но что я мог сделать, если так? Набрать милосердную по сотовому и пожаловаться ей на нечестную игру? Типа, богиня, тебя кинули, прикинь! Сказали, что ты не по понятиям себя ведешь, в дела людей лезешь, а сами заняты тем же самым, но без твоего уже пригляда. Поимели тебя, многорукая, в общем! И меня, тебе доверившегося, тоже. Че делать будем?

Не позвоню. До конца года тарифный план «Связь с Небесами» у меня заблокирован. И главный чиновник преисподней этим в полный рост пользуется. Условия какие были — до конца года я должен доказать, что не являюсь марионеткой Гуаньинь. Что действую своими силами и по своей же воле. А сейчас, если принимаю предложение евнуха Цзы, получается, я именно марионеткой и становлюсь.

А если отказываюсь — мишенью для стрел.

— Так каков ваш ответ? — поторопил меня Великий Мастер.

Я поднялся — затекли что-то ноги. Неторопливо подошел к брошенному клинку и поднял его. Командир стражников крикнул: «Осторожно», — но евнух поднял руку, останавливая приказ стрелять. Он понимал, что мечом, даже если я его сейчас брошу, никому не навредить, поэтому с легкой улыбкой наблюдал за мной.

Но я и не собирался глупо помирать, да еще с такими викингскими загонами, типа — меч в руках, а значит, попаду на пир к Одину. Не собирался я и вредить им кому-то — пусть мой уровень владения холодным оружием возрос, но не настолько, чтобы рассчитывать на победу над пятьюдесятью арбалетчиками. Ну и бросаться на меч я тоже не думал — не то воспитание. Вместо этого я медленно провел лезвием по ладони и протянул окровавленную руку в сторону Великого Мастера.

— Что значит этот жест, Стратег Вэнь? — не удержавшись, все же спросил он. — Какой-то обычай из ваших краев? Я, признаться, не помню такого, а мне ведь казалось, что я досконально изучил символизм здешнего общества. Не просветите? Это согласие или отказ?

— Это альтернативный путь, — ответил я. — Тот, которого вы не учли, евнух Цзы.

— И чего же я не учел? — он даже вперед подался.

Как я и рассчитывал, Великий Мастер заинтересовался. Нельзя быть Секретарем и игнорировать что-то, тебе неизвестное. Пусть я не многое знал о данном Пути, но одно понимал очень хорошо — мимо знания одаренные не проходят. Нельзя все на свете знать, говорил еще Мытарь, объясняя мне особенности своего класса. Но очень хочется.

К тому же я только что заявил, что он в своих планах чего-то не учел. Можно ли придумать более сильный вызов человеку, уверенному в своем умении строить планы?

— Этого.

Я разжал правую руку, и меч с глухим стуком упал на пол. Указательным пальцем ткнул в рану на левой и нарисовал прямо на ладони простенький иероглиф «дверь». Не совсем магия, скорее ритуал. Опять же, простой, как гвоздь, но действенный, как звонок другу. Да, пожалуй, это точное сравнение. Телефон я соорудил, осталось набрать номер.

И я это сделал. Прошептал.

— Бай Гуцзин.

Помещение стало затягивать туманом. Плотным, как молоко, и густым, как кровь. Вроде откуда бы ему тут было взяться, во дворце? Тем не менее за два удара сердца он полностью лишил обзора всех в этой комнате. И даже звуки погасил.

Почти. Залп из пятидесяти взведенных арбалетов я все же услышал. Напрягся, ожидая, как мое тело пронзит множество коротких и толстых болтов, способных на такой дистанции пробить тяжелый доспех, но ничего не почувствовал.

Успел.

— Только тебя?

Шепот раздался прямо у уха. И хотя я ждал этого, все равно вздрогнул от неожиданности.

— И трех… четверых моих друзей, — чуть не забыл про тестя.

— Тогда и заплатить придется больше.

— Великий Мастер пойдет?

— Ты говоришь правду? О! Действительно! Царское подношение! С тобой приятно иметь дело! Можешь выбрать место, куда тебя с друзьями доставить.

— Вытаскивай нас отсюда и приступай к еде. За пределы этого помещения не выходи. Здесь все твои. Время тебе лишь до утра.

— Да ты меня просто балуешь! Куда?

— Покои гуна.

— Исполнено.

Холодные губы призрака-скелета коснулись моего уха, и тут же я почувствовал, как, стоя на месте, перемещаюсь в пространстве. Быстро, даже, я бы сказал, стремительно. Сердце стукнуло всего раз, а наша компания оказалась в почти таком же помещении, но обставленном побогаче. И с нами была Бай Гуцзин.

Со времени нашей последней встречи она ничуть не изменилась. Да и с чего бы? Она же не человек, а призрак. Точнее, скелет. В общем, все сложно — это же китайский демон. Красивая женщина, больше похожая на метиску, чем на китаянку, в белом ханьфу и красном халате поверх него. Улыбчивая, с ямочками на щечках, за которыми — только для меня — прогладывала желтая кость.