В этом состоянии прошло ещё два дня. Кушать мне приносили исправно. Я больше не накидывалась на еду, в страхе что ем в последний раз. А наоборот, мой, всегда такой отменный аппетит куда-то исчез. И я с силой запихивала, то что мне приносили, не чувствуя даже вкуса. Только для того чтобы жить, не более. Виктор, на моё облегчение, больше не заявлялся. Но вот и Корецкий не жаловал своим визитом, что изо дня в день растапливало маленькую надежду, на такую желанную свободу. И это уже реально напрягало. Весь мой пыл за это время по угас, заменяя его пустотой и чувством обреченности. И я начала впадать в состояние близкое к апатии.

— Арина! — из раздумий выдернул громкий окрик вошедшего в комнату Ната. Я испуганно вскинула на него взгляд. — Ты опять ничего не ела, — уже более спокойно добавил. — Что происходит?

— Нат, скажи когда я смогу поговорить с Корецким?

— Сейчас он в отъезде, но сегодня к вечеру, по идее, должен вернуться. Но Арина….я не уверен, что если он к тебе зайдет то захочет разговаривать.

Эти слова стальным лезвием прошлись вдоль позвоночника. Кидая в жар и одновременно в холод, напоминая мне для чего я собственно здесь нахожусь. Догадывалась ли я, что имеет в виду Нат. О да, ещё как догадывалась. И для чего именно…. я нужна Корецкому, тоже. Явно не в шахматы он со мной играть собирается.

Ничего не ответив парню, я отвернулась, обессиленно прикрыв глаза. Из-за того, что я в последнее время ничего ни ела, в теле чувствовалась легкая слабость, но меня сейчас это волновало меньше всего. Единственным навязчивым желанием, было вырваться от сюда и как можно быстрее. Сбежать из этой золотой клетки, в которой меня держали как экзотического зверька.

Я проснулась среди ночи от обуявшего меня чувства тревоги. Что железной хваткой окутало грудь, мешая дышать. Через силу, со свистом втянув воздух, я прислушалась к звенящей тишине. Что давила на мозг, буквально сводя сумма, заставляя застыть в немом ужасе.

Когда в коридоре послышались тяжелые шаги, внутри все похолодело. И липкий, животный страх пополз по телу, сжимая сердце в колючие тиски. Мне кажется, я даже перестала дышать, прислушиваясь к каждому шороху. Дверь резко распахнулась, чуть не слетев с петель, и на пороге появился он.

Хоть в комнате и царил полумрак, но падающего света от полной луны, было достаточно чтобы рассмотреть резкие и хищные черты лица мужчины.

Я знала его, Корецкий был довольно популярной личностью в узких кругах высшего общества. Так как он активно занимался меценатством и благотворительностью, особенно много он жертвовал на борьбу с детской онкологией. Об этом часто рассказывали в новостях. Но я никогда во всё это не вникала и видела его лишь вскользь, не сильно обращая внимания в принципе на его персону. Для меня он был недосягаем, как человек с другого мира. Из параллельной Вселенной. Кто же мог подумать, что когда то я буду находиться с ним в одном помещении, так опасно близко и ненавидеть, боятся, призирать.

Одного его взгляда было достаточно, чтобы меня пробрало до мозга костей. Окутывая холодом, а в кожу впились тысячи воображаемых маленьких иголочек. Ему около тридцати лет, короткая аккуратная стрижка, смуглая кожа. На чётко очерченном подбородке однодневная щетина, что придавала его чертам ещё большей резкости. И тяжелый, пробирающий взгляд почти черных глаз. Колол. Вскрывал. Пронизывал. Крошил и перемалывал. И если бы он мог убивать взглядом то скорее всего я сейчас уже была бы мертва. Я поежилась, сворачиваясь ещё туже в защитную позу эмбриона, хотя понимала, что вряд-ли это меня сейчас спасёт.

— Боишься, — прохрипел низким властным голосом, с легким оттенком бархата. Что так резко контрастировал с колючим взглядом.

Я решила благоразумно промолчать. Может он подумает, что я не в себе и оставит меня в покое.

ГЛАВА 5

Когда я ложилась спать, то бездумно натянула, красивую шелковую сорочку. Так как моя одежда куда-то бесследно, пропала. Струящаяся ткань выгодно подчёркивала мою фигуру, открывая, ниспускаясь по коже и выставляя на обозрение самые аппетитные места. Высокую грудь, длинные и стройные ноги, подчеркивая тонкую талию. Кроме ночной, на мне больше ничего не было. Хотя в шкафу было ещё огромное количество красивой, дорогой, разнообразной, но чужой мне одежды и белья. Подозрительно вся она, была исключительно моего размера.

Теперь, лежа перед мужчиной, в мало что скрывающем пеньюаре. Старалась посильнее натянуть одеяло, чтоб скрыть надетый на себя разврат. И чего меня черт дернул так разодеться именно в этот раз. Хотела померять красивую вещицу, вот и получай. Лови на себе жадные, пошлые взгляды своего похитителя.