Читаем Батый полностью

²²Именно такой перевод принят в указанных выше статьях А. Г. Юрченко (Князь Михаил Черниговский и Бату-хан… С. 120; Золотая статуя Чингис-хана… С. 252 и прим. 2), где он воспроизведён в следующем виде: «И тогда он (Батый) послал одного приближённого [Ярослава], который вопреки [своему] желанию долго бил его пяткой в живот…» Имени Ярослава здесь нет, а потому данное понимание текста (противоречащее старому переводу А. И. Малеина; см. выше, прим. 18) нельзя признать бесспорным.

²³Летописи не сообщают о новом браке Ярослава Всеволодовича. Однако Плано Карпини, возвращавшийся из Каракорума в ставку Батыя на Волге зимой 1246/47 г., встретил в «земле бесерменов» (в долине Сыр-дарьи) некоего Угнея, «который по приказу жены Ярослава и Бату ехал к вышеупомянутому Ярославу», к тому времени уже покойному (Плано Карпини. С. 82).

²⁴Юрченко Л. Г. Золотая статуя Чингис-хана… С. 253. В более ранней работе позиция автора выглядит противоречивой: с одной стороны, нежелание Михаила «кланяться изображению Чингис-хана… не могло повлечь за собой мученическую смерть князя»; с другой: «Причиной убийства князя вполне мог послужить его отказ от преклонения колен перед идолом Чингис-хана» (он же. Князь Михаил Черниговский и Бату-хан… С. 118, 119).

²⁵Гумилёв Л. Я. Древняя Русь и Великая Степь. М., 1989. С. 527–528. В источниках об этом нет ни слова. Предположение базируется исключительно на допущении, что известный из западных хроник русский «архиепископ» Пётр, выступавший на Лионском соборе 1245 г. (см. прим. 48 к главе «Золотая Орда»), был отправлен на Запад князем Михаилом Черниговским с определёнными политическими целями.

²⁶Об этом, напомню, сообщают лишь поздние или же вторичные источники. См. прим. 16 к главе «Силою Вечного Неба…».

²⁷См.: Юрченко А. Г. Указ. статьи. Ср. также: Dimnik М. Mikhail, Prince of Chernigov and Grand Prince of Kiev, 1224–1246. Toronto, 1981; Пак H. И. Некоторые исторические замечания к летописной «Повести о Михаиле Черниговском» // Литература Древней Руси / Отв. ред. Н. И. Прокофьев. М., 1981. С. 58–59; и др. Р. Ю. Почекаев предположил, что убийство Михаила могло объясняться нежеланием монголов возвращать князю Чернигов, находившийся будто бы под их непосредственной властью (Почекаев Р. Ю. Батый… С. 185, 195). Но последнее положение ошибочно: оно опирается на текст подложной грамоты рязанского князя Олега Игоревича некоему Ивану Шаину, будто бы посаженному «от Батыя на Чернигов владетелем». Этот Иван Шаин считается родоначальником целого ряда рязанских дворянских фамилий, однако его выезд в Рязань относят к XIV в., а саму грамоту признают очевидным фальсификатом (что убедительно показал ещё H. М. Карамзин: История государства Российского. Т. 4. М.: Наука, 1992. С. 201–202, прим. 90). (Благодарю А. В. Кузьмина за консультацию по данному вопросу.)

²⁸Языков. С. 229–231. Новый перевод данного фрагмента: Юрченко А. Г. Князь Михаил Черниговский и Бату-хан… С. 116–117; он же. Золотая статуя Чингис-хана… С. 254–255 (пер. Н. Б. Срединской). Рассказ Симона де Сен-Квентина дошёл до нас в составе «Исторического зерцала» Винсента из Бове. Издание латинского текста: Simon de Saint-Quentin. Histoire des Tartar / Publ. par J. Richard. Paris, 1965.

²⁹Матузова. С. 153, 182.

³⁰A потому слова A. Г. Юрченко о «посольском церемониале» применительно к Михаилу (см. выше, прим. 24) представляются неправомерными.

³¹Рубрук. С. 149.

³²Плано Карпини. С. 29–30. Поляк Бенедикт полагал, что Андрей был убит «по ложному обвинению» (Де Бридиа. С. 118).

³³ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 31; ПСРЛ. Т. 16. Стб. 52; Конявская Е. Л. Новгородская летопись XVI в. из собрания Т. Ф. Большакова. С. 355 (в последних двух под 6753/1245 г., но тем же годом датировано здесь и убийство Михаила Черниговского, причём об убийстве князя Андрея Мстиславича говорится раньше). Этого Андрея нередко считают сыном князя Мстислава Рыльского, убитого татарами в 1241 или 1242 г. Однако достаточных оснований для такого предположения нет.

³⁴ПСРЛ. Т. 25. С. 150.

³⁵ПСРЛ. Т. 2. Стб. 843. Ср.: БЛДР Т. 5. С. 284–285.

³⁶Рассказ о поездке Даниила Романовича к Батыю: ПСРЛ. Т. 2. Стб. 805–808; Галицко-Волынская летопись. С. 118–119. Ср.: БЛДР. Т. 5. С. 254–257. В Ипатьевской летописи это известие помещено под 6758 (1250) г., однако хронология этой части летописи неверна. Точная дата устанавливается благодаря свидетельству Плано Карпини, который сообщает о пребывании Даниила у Батыя в конце 1245 г, а весной 1246 г. встретил его возвращающимся от Батыя в ставке Картана (Плано Карпини. С. 67, 81–82).

³⁷Плано Карпини. С. 66.

³⁸Там же. С. 57. Ср. об этом: Пашуто В. Т. Очерки по истории Галицко-Волынской Руси. С. 235; Котляр Н. Ф. Даниил, князь Галицкий: документальное повествование. СПб.; Киев, 2008. С. 280; и др.

³⁹Киракос Гандзакеци. С. 164–165.

⁴⁰Рубрук. С. 120, 96–97; Храпачевский. Т. 3. С. 64–65.

⁴¹Рубрук. С. 188, 105–107.

⁴²Там же. С. 120, 95; Плано Карпини. С. 30–31, 69.

⁴³Плано Карпини. С. 45–46; Герберштейн С. Записки о Московии. С. 72.