Читаем Баттосай Поттер полностью

Класс шокировано молчал. Гарри тяжело и часто дышал. У него тряслись руки. Он обернулся к товарищам, но вид его был столь страшен, что те отшатнулись от него, как от дементора. Поттер не выдержал и убежал из класса, не заметив, что дверь закрыта... Дверь вылетела, словно в неё выстрелили из пушки. Петли даже не успели скрипнуть, как она уже впечаталась в стену напротив. А мальчика уже и след простыл.

В классе остался один встревоженный мужчина и пятнадцать напуганных, дрожащих детей. Дальний угол помещения, где раньше был шкаф с боггартом, дымился закопчёнными голыми стенами, местами оплавленными; дверь отсутствовала...

- Это, блядь, было ни хуя не смешно! - выдала Гермиона на русском. Её никто не понял, но само высказывание послужило командой для остальных, и класс наполнился шумом делящихся впечатлениями детей.

Люпин устало сел на стул и опустил плечи.

Первый урок получился ужасным...

Гарри сидел, сжавшись калачиком, под стеной, на том самом балконе. Впервые за долгие годы он плакал. Просто плакал, как обычный маленький мальчик. Перед глазами все ещё стояло тело девочки без головы в мантии хогвартса и луже крови. Мелькали лица убитых им в "прошлой жизни", перепуганные глаза учеников, меч, поднимающийся к небу и падающий. Снова поднимающийся и падающий, падающий... и падающий, и падающий, рубящий... Удар, и чья-то голова падает с плеч; удар, и из вскрытого живота змеями вываливаются кишки; удар, кричащее тело без руки падает на землю; удар, и тело замолкает навсегда... удар, удар, удар... Десяток, сотня... тысяча...

Слёзы уже не текли, мальчик просто сидел и трясся, стуча зубами, временами вздрагивая, словно от ударов.

Тихие шаги... И тёплые руки прижимают его голову к девичьей груди в тёплой мантии...

Девочка села рядом с ним и прижала к себе голову Гарри. Тот всхлипнул и снова разрыдался.

В конце концов, слезы у него иссякли. А живое тепло стало разгонять образы бесконечной череды смертей. Мальчик затих и расслабился.

Но через несколько минут он вдруг снова напрягся. А ещё мучительно покраснел.

В следующее мгновение он аппарировал на опушку Запретного Леса.

Ну и что, что в Хоге нельзя аппарировать? Если вложить столько сил, сколько вложил Поттер от смущения и стыда, то можно и вовсе снести с замка защиту напрочь. Хогвартс же не самоубийца, такие прыжки блокировать.

Девочка дёрнулась и недоуменно начала оглядываться. Самое обидное, что она так и не поняла, кто же именно плакал у неё на коленях. Когда она только подошла, то пожалела незнакомого мальчика. А потом не успела увидеть его лица. На руке у неё осталась только серёжка. Красивая серёжка из хрусталя с каким-то гербом на ней. Серёжка была женская, а герб – Сельвинов.

Девочка вздохнула и убрала серёжку в карман.

* * *

К вечеру Гарри был уже в порядке и вместе со всеми. Он на полную катушку использовал науку Локхарта. Виновато-смущённо-неловко улыбался, ронял учебники, чихнул в чернильницу...

В общем, впечатление от неудачного ЗОТИ он смог смазать, и общественное мнение не стало записывать его в чудовище. Чего не скажешь о нём самом.

Ночью он пробрался в Тайную Комнату и до самого утра крошил трансфигурированные манекены своим гоблинским мечом, выпуская своё напряжение, страх и боль...

* * *

Учеба шла своим чередом. Больше на уроках Гарри не отличался. Он вообще вёл себя тише воды, ниже травы. Люпин вёл занятия интересно и увлекательно, молча страдал от приближения полнолуния. Снейп ходил как всегда хмурый и зло зыркал на Люпина.

По ночам же Гарри пропадал в Тайной Комнате, которая его стараниями все меньше и меньше напоминала себя прежнюю.

При помощи Добби и Хогвартских эльфов, щедро делясь с ними магической силой, он до блеска вычистил её всю. Каждый тоннель и нору в стене. Понавешал магических светильников, установил энергосистему, под которую задействовал созданный меньше чем за неделю пятидесяти тысячный накопитель. Навесил на неё систему барьеров и магической защиты. Наставил ещё десяток накопителей поменьше, завязав их в общую сеть. Запитал их все. Оборудовал заклинательный зал и лабораторию... Материализовал мебель: диваны, кресла, столы; шкафы книжные, которые уже начали заполняться присылаемой гоблинами специализированной литературой по магии.

Вид постепенно становился все более жилой и уютный.

* * *

Незаметно подошёл Хэллоуин. И поход в Хогсмид. А разрешение у Сириуса на посещение этой деревушки Гарри подписать забыл. А теперь было уже поздно дёргаться.

Но не сильно-то и хотел он туда. Практически весь день он провёл в своей лаборатории, прерываясь только на приёмы пищи и торжественные собрания в Большом Зале.

А потом, как-то невзначай, заглянул к Люпину.

Профессор был утомлён своей борьбой и приближением полнолуния. Однако всё равно был приветлив и обходителен. Предложил чаю. Показал гриндилоу. Рассказал про него пару интересных фактов.

- Спасибо, профессор, что выручил меня тогда с боггартом, - вдруг перешёл на серьёзный тон Гарри.

- Да, не за что, - пожал плечами Люпин. - А что это вообще в тот раз было?