Читаем Батарейцы полностью

Соседний расчет подбил второй танк, но два других укрылись в рощице.

Контратаки фашистов продолжались. Отбивая натиск врага, советские воины уничтожали его живую силу и огневые средства. Но и сами несли потери. Погибли красноармейцы Иван Жихарев, Иван Виновец, Аюп Акупов, Джагибас Ожанов и младший сержант Василий Шаманин. Серьезные ранения получили старший сержант Сергей Гуськов, командиры орудий старшина Серафим Королев, старший сержант Николай Булычев и другие воины.

Настала ночь. Сеял мокрый снег. Враг выдохся и прекратил атаки. Воины полка тоже устали до предела, попадали у орудий. Бодрствовали лишь дежурные расчеты.

На следующей день установилось относительное затишье. Артиллеристы приступили к разведке обороны противника: засекали цели, наносили на схемы и карты огневые точки и инженерные сооружения. В батареях анализировали результаты прошедших боев по прорыву вражеской обороны.

Противник, имея плотные боевые порядки, большое количество артиллерии и танков, несколько раз контратаковал. На отдельных участках ценой больших потерь он добился некоторого улучшения своих позиций.

Как-то под вечер огневой смерч минут сорок гулял по окопам, траншеям, ходам сообщения, блиндажам артиллеристов. Васнецов с командиром взвода Ренгачом только собрались было перекусить, как начался огневой налет. Федор не выдержал:

— Вот, гады, неймется им!

— Ты же позавчера говорил: мол, зачем землю долбаем? Все равно не нынче — завтра пойдем дальше.

— Ошибочка вышла, товарищ старший лейтенант.

— Кровью пришлось бы заплатить за твою ошибочку. Понял меня?

— Как не понять, понял.

Несмотря на возражения (мол, устали), Васнецову пришлось настоять на оборудовании огневой. Теперь Ренгач был благодарен командиру батареи.

Рано утром 23 февраля противник снова обрушил шквал артиллерийского и минометного огня по батарейцам, а затем перешел в атаку довольно крупными силами. Вначале из перелеска выкатились танки, затем — бронетранспортеры, после них показалась пехота.

— По всем правилам, — оторвал от глаз бинокль лейтенант Акасимов. — Немецкая пунктуальность.

И приказал расчетам подготовить противотанковые гранаты, автоматы.

Противник все ближе: триста, двести пятьдесят метров от первой траншеи советских воинов. Орудия по команде одновременно открывают огонь. Хорошо видно, как снаряды высекают искры из крупповской стали. «Не берут», — досадует Васнецов. Но тут останавливается один танк. Два других, ведя огонь, начинают утюжить траншею.

— В борт! В борт цельтесь! — кричит Васнецов.

Взрывной волной Николая бросает на землю. Усилием воли он встает и видит, как за танком бежит красноармеец; взмах руки — и на корме машины всплеск огня. «Молодец», — успевает подумать Васнецов.

Второй танк, очевидно, попав в воронку, разворачивается бортом. По нему бьют орудия. Но, как назло, снаряды летят мимо или рикошетируют.

— Ниже надо целиться, — волнуясь, говорит Васнецов.

Выстрел — и загорается еще один танк. Местность заволакивает дымом. Когда он немного рассеялся, Васнецов увидел, что танки и бронетранспортеры все еще объяты пламенем. Густая цепь фашистской пехоты словно испарилась.

— Вот это саданули! — донесся голос Косицына. — Отлично сработали «катюши». Три залпа дали! Ничего не скажешь — моща!

— Да, чистая работа!

Атака врага захлебнулась. Наступила передышка. Бойцы подправляли окопы, траншеи, готовясь к новой встрече с противником. На огневой позиции старшего сержанта Семена Васева сошлись лейтенанты Иван Косицын и Федор Ренгач. Обсуждая удар «катюш», сели перекусить, но тут засвистел приближающейся снаряд, за ним прогремел взрыв. Офицеров и Васева отнесло в стороны. Когда же все смолкло, Васев приподнялся, огляделся, и сердце у него защемило от боли: оба офицера были сражены осколками насмерть.

После гибели лейтенанта Косицына взвод временно принял старший сержант Илья Фадеев. Вторым взводом стал командовать младший лейтенант Петр Приставка. Произошли в полку и другие перестановки. Отделение связи принял младший сержант Семенихин, сержант Нуратдин Самедов — расчет старшего сержанта Семена Васева, а сержант Николай Снежко — расчет старшего сержанта Ильи Фадеева.

Бои в Восточной Пруссии продолжались, батарейцы успешно громили врага.

В один из дней капитанам Григорию Чигрину и Павлу Волкову были вручены ордена Отечественной войны I степени, а старшему лейтенанту Николаю Васнецову — Отечественной войны II степени. Приятно получать награды, да еще такие, как эти!

В последний день февраля полк выдвинулся в район фольварка Лешкюнен, северо-западнее Цинтена. Батареи приступили к оборудованию огневых позиций. Под вечер пришла газета с обращением Военного совета фронта. Экземпляры газеты тут же доставили в подразделения. С интересом все читали призыв разгромить врага в цитадели пруссачества, рассматривали помешенную в номере газеты карту Восточной Пруссии.

— Смотрите-ка, братцы, — пробасил старший сержант Иван Веремеевский, — Балтика рядом. Еще напор — и баста!

— Что — баста? — переспросил кто-то.

— Столкнем пруссаков в море. Похлебают водички, глядишь, станут умнее.