Читаем Бастард фон Нарбэ полностью

Отец Лукас выбрался из гафлы. Так же обстоятельно и долго обследовал остальные машины. Вернулся к своей, потрогал зачем-то борт, как будто погладил.

— Я связался с диспетчером, — сказал не оборачиваясь. — Скоро пришлют помощь.

«А взлететь с поверхности вам слабо, преподобный отец?»

Луиза слышала сказки, будто есть среди рыцарей пилоты, способные поднять истребитель в воздух без катапульты и без разбега.

Сказки.

Хотелось выпить.

Шлемофон не был повреждён при взрыве. Мог бы сразу догадаться. Ну что ему, рассчитанному и не на такие встряски, сделается от нескольких камней?

Это всё потому, что твердь под ногами. То есть, твердь виновата, конечно, не в отсутствии связи, а в потере остатков здравого смысла.

Он действительно боялся высоты. Только наоборот: чем ближе к поверхности, тем хуже. Правда, к полётам в атмосфере это не относилось. Но полёт, он на то и полёт, хоть в полуметре над землёй иди, всё равно — дома.

А шлемофон живёхонек, эфир, что характерно, тоже. Но все переговоры ведутся на одной-единственной частоте. Дуфунг «Осы» легко ловил ее, однако Лукас ни слова не понял из того, что услышал: сплошь коды, индексы, наборы букв и чисел, лишённые для него всякого смысла и лишь изредка перемежаемые человеческими словами. Преимущественно ругательствами, да всякого рода междометиями.

Найденная по дороге, и до сих пор не удосужившаяся представиться дама, наверное, могла бы помочь.

Дать ей послушать? Нет…не стоит. Взяв на борт мирянина, позаботься, чтоб он не трепыхался лишний раз. Проще говоря, взволнованная женщина станет обузой. А причины для волнения, скорее всего, есть.

Очень хотелось выяснить, о чём же болтают в эфире; и что такое происходит сейчас в Управлении; и что предпринимают там, узнав о выжившем священнике?

…Все три «Осы» были умело и безнадёжно испорчены. А фермиевые контейнеры — сердце и душа двигателей — бесследно исчезли. Соваться в матван не имело смысла: разблокированный входной люк говорил сам за себя. Интереснее всего на данный момент, как поведут себя спасатели. Будут стрелять сразу? Или вновь попробуют инсценировать несчастный случай? С учётом того, что дуфунги всех трех гафл посылали сейчас в пространство громкий и отчётливый сигнал: «Пираты!», вряд ли здешние власти устроят еще одно покушение. Они ведь не знают, что ближайший монастырь находится в трех месяцах пути через «подвал».

Сидя в кабине своей «Осы», Лукас в срочном порядке проводил модернизацию шлемофона. Дело нехитрое, хотя, конечно, лучше бы этим занимался кто-нибудь из техников.

В дуфунге стрекотала цифровая тарабарщина. Женщина внизу терпеливо ждала.

Вид у неё по-прежнему не слишком здоровый. Но держится хорошо. Язвит. Боязнь открытого пространства у рыцарей-пилотов… это ведь придумать надо!

Боязнь пространства. Открытого…

Внутри что-то болезненно сжалось и заворочалось, мешая дышать.

господи-господи-господи…

Рыцарей-пилотов хоронят в космосе. Погребальная капсула выстреливается с той же катапульты, с какой уходила в бой машина, и залп главного калибра превращает ее в ничто. Огненное погребение. Душа и тело уходят в Самаянгу, освобождаются от цепи перерождений, навсегда сливаются с бесконечной, свободной пустотой, такой же чистой, как Первая Мысль Господа.

Сможет ли уйти в Самаянгу тот, кто погиб на поверхности?

Груда камней и пластона над тремя братьями… гравитация не отпустит их, не даст освободиться, затянет в ледяной Эхес Ур.

Лукас хотел бы верить в то, что они ещё живы, но знание, увы, убивало веру.

Настоятель монастыря, архимандрит отец Александр велел набрать пилотов в конвой. Лукас взял бы троих рыцарей из «Бальмунга», однако монастырь уходил к пространству Вольных Баронств, а там ОАГ «Бальмунг» мог понадобиться в полном составе. Вместе с командиром, кстати. Но командира попросили возглавить конвой церцетариев. Очень попросили.

— Охранять корабль ордена Всевидящих Очей почётная обязанность, — сказал отец Александр, — и я надеюсь, ты отдаёшь себе отчёт в том, какую честь оказывает нам церцетария, приглашая тебя в качестве командира конвоя.

Он не особо беспокоился о том, чтоб это звучало искренне. По его мнению, как раз рыцарь-пилот фон Нарбэ, приняв приглашение, оказывал честь церцетарии. А сам Лукас вообще над этим не задумывался. Два ордена дружили и традиционно помогали друг другу, он сам умел водить конвои, а «Бальмунг» некоторое время боеспособен и без командира. Ну, и о чем тут думать? Только о том, кого взять с собой.

— Отец Джамали Ахилл и отец Денис Васильченко просили меня походатайствовать за них, — отец Александр улыбался, и Лукас тогда улыбнулся ему в ответ. Смешно, в самом деле: настоятель монастыря ходатайствует перед простым рыцарем. Но от Ахилла с Васильченко отказался наотрез.

— Ты что же, надеешься полететь с Джереми? — подивился отец Александр.

— И с Остином. А он возьмет с собой Найруша.

— Ну, разумеется. А то, что Джереми — командир Первого полка, и конвои не входят в его обязанности тебя не смущает?