Читаем Бастард ее величества полностью

Впрочем, у землетрясения на мой счет было свое мнение. Стоило мне сделать шаг – и пол завибрировал по-настоящему, наглядно продемонстрировав, что до этого всего лишь разминался. Я упала на колени и, подвывая от страха, заползла под ближайший столик. Хоть и символического размера, он был металлическим – под ним у меня были шансы уцелеть и не получить по голове куском штукатурки. С потолка падала уже не краска, а дерево и почему-то камни.

Зажмурившись и обняв зачем-то кофр, который так и не выпустила во время метаний, я с замиранием сердца ждала того самого, финального удара, который проломит хлипкое убежище и прикончит меня.

Вместо этого внезапно все затихло. Над руинами, все еще клубящимися пылью, раздался задумчивый мужской голос:

– Ну что же, коллеги, могу констатировать, что эксперимент не удался.

Какой еще эксперимент?!

И кто особо одаренный дал право устраивать взрывы, или что там они тестировали, под Манежем? Можно подумать, здание недостаточно натерпелось.

– Увы, даже скреплённые между собой, материалы продолжают взаимодействовать с подпространством по-разному, – где-то снаружи, за пределами видимости, заскрипели камешки под тяжелыми шагами. – Так что очередная отличная задумка летит в магму, уважаемые мастера.

– Ну что ж, приберите здесь и поехали, – распорядился третий голос. Я поспешно завозилась, пытаясь выбраться из-под стола, но не тут-то было: завалило меня качественно.

Хорошо хоть не придавило. Приоткрыв один глаз, я сразу зажмурилась обратно – труха сверху все еще сыпалась. Но разглядеть удачно для меня лёгшую на стол наискосок бетонную плиту я успела.

– Люди! Не надо прибирать! – подала я голос, стараясь не орать слишком громко, дабы не потревожить свое удачное убежище, но внезапно раздавшийся скрежет заглушил все.

Так и знала. Сейчас разровняют конструкцию и меня вместе с ней.

Так же неожиданно, как начался, пронзительный звук затих.

– Подождите. Там кто-то живой!

Спасибо тебе, добрый человек!

Я принялась орать чуть громче, чтобы уже наверняка. Плита перед носом подрагивала, но вроде держалась.

– Да! Я здесь! Живая! Вытащите меня-а-а! – в рот и нос набилась висевшая в воздухе пыль, я закашлялась и расчихалась, но главное все же свершилось: меня услышали. Все куски и плиты, окружавшие меня, каким-то образом одновременно поднялись в воздух, вздымая новые потоки песка и примесей. Ругая себя за тугодумство, я натянула на лицо ворот водолазки. Тоненькая, но хоть какая-то защита. Кашлять я не перестала, так что пропустила момент, когда вокруг воцарилась чистота и порядок, а передо мной полукругом расположилось несколько пар ног.

– Странное какое-то создание… Лица нет, – недоумевающе протянул тот, что приказывал почистить территорию.

Утерев слезящиеся глаза той же водолазкой и приспустив ее, я подняла глаза, оценив отлично выделанную кожу высоких сапог, тонкую отделку брюк и плотные, увешанные множеством металлических деталей куртки. С каких пор у нас байкеров допускают к экспериментам? Их же в халатах проводят?.. Ну, или в костюмах, на худой конец…

Запрокинув голову, я вгляделась в лица, и тут мне окончательно поплохело: вместо лиц у всех троих поблескивал металл и стекло. И не в очках или там моноклях, а полноценно, закрывая все от шеи по самую шляпу наподобие щитка от мотоциклетного шлема.

Минутку, какие шляпы?!

Где я вообще?

За плотно обступившей меня троицей виднелся пустынный пейзаж странной расцветки. Алые, синие и оранжевые полосы сплетались в причудливые узоры, как на полотнах абстракционистов, совершенно не походя на привычные мне зеленые поля. Столь же привычных высоток тоже видно не было – вообще никакого жилья на многие километры, до самого изрезанного грядой скал горизонта.

На всякий случай я еще раз потёрла лицо. Мало ли у меня от песчинок в глазах галлюцинации начались?

Какие поля, Адуль, снег вообще-то лежать должен по колено. Если мы только не в южном полушарии…

– Нет, обычная вроде. Просто одежда странная, – прокомментировал мои телодвижения один из наблюдателей эксперимента. Он, кроме байкерского наряда, мог похвастать весьма ухоженной бородкой клинышком, видневшейся из-под стеклянного забрала. У остальных из-под шляп тоже виднелись волосы разной степени всклокоченности, а за стеклянными щитками угадывались очертания лиц. Так что мой первоначальный испуг – неужели я угодила к инопланетянам?! – понемногу улёгся.

Правда, сильно веселее не стало.

Ну не похожа окружающая среда на ближайшее Подмосковье! Значит, куда-то меня взрывом занесло, причём довольно далеко от дома…

– Вы кто? И где я? – неуверенно пискнула, не решаясь подняться на ноги. Так-то я маленькая и безобидная, а вот развернусь во все свои сто восемьдесят с лишним – мало не покажется.

Одно время, в голодные студенческие годы, когда у отца не ладилось на работе, я моделью подрабатывала. Поступали предложения и более интимного характера, но до такой степени я все же не нуждалась.