Читаем Башня ветров полностью

Воронцов жил в доме, расположенном на центральном городском холме, откуда, если пройти немного вперед, открывался удивительный вид на севастопольскую бухту: синее море, голубое небо, белоснежные парусники, военные корабли и рыбацкие ялики, приземистый Константиновский равелин. Чуть дальше находился заброшенный Владимирский собор с израненными снарядами стенами и ступенями, заколоченными ржавыми листами железа дверями и окнами, где, по словам Павла, были захоронены адмиралы Корнилов, Истомин, Нахимов, погибшие на бастионах Севастополя в годы Крымской войны. Сергей тогда Пашке не поверил – ну где это видано, чтобы могилы знаменитых людей находились в таком запустении! У них, в Нижних Грязях, церкви не было, но небольшое кладбище за забором чистое, аккуратные могилки украшали кусты роз, сирени, бересклета и жимолости. Тем более чуть дальше, спиной к собору, стоял памятник Ленину с протянутой к морю рукой, у которого всегда лежали живые цветы. Это казалось Новикову несправедливым – Ленин, насколько он успел узнать, никогда ни в Севастополе, ни даже в Крыму не был, а адмиралы отдали за этот белокаменный город жизнь. Наверное, Пашка ошибается. Но покрытые многолетним слоем пыли, израненные, как стены и ступени, черные плиты на стенах собора, где на старославянском языке с ятями хоть с трудом, но все-таки можно было разобрать имена величайших русских адмиралов, подтверждали слова Воронцова.

А рядом с собором совершенно случайно Сергей наткнулся на странное здание высотой со стоящие практически вплотную трехэтажки, чем-то напоминающее колокольню. Круглую кладку из крупных каменных блоков венчала восьмигранная башня с высокими арочными проемами. Сверху сооружение покрывала шатровая крыша и венчал острый шпиль. А под крышей, над окнами, находились объемные фигуры странных существ с крыльями. Кудрявые, бородатые, в развевающихся одеждах, они походили на богов из учебника истории. И сам этот дом, казалось, сошел со страниц древней книги и совершенно не вписывался в ряд своих соседей, казавшихся на его фоне слишком простыми.