Читаем Башня Слуг полностью

Полина не выдержала и поддержала речь Бориса бурными аплодисментами.

– А вы знаете, что любовь – ничто иное, как психологическое расстройство мозга?– обратился ко всем Семен.

– Опять ты за свое!– выкрикнул Алексей.

– Любовь не может длиться долго. Эта привязанность к другому человеку… У людей просто крыша едет вот и все.

– Вы просто, наверное, никогда не испытывали настоящую любовь,– сказала Алиса,– если испытаете, то перестанете так думать.

– Я просто переболею этой болезнью вот и все. Ничего такого…

– А я считаю, что не нужно думать о том, что есть любовь: болезнь или самое светлое чувство,– сказала Полина,– нужно просто верить в нее, верить в то, что она действительно существует.

– Любовь губительна для психики человека. Стоит только подхватить ее, как заразу, то в сознании человека меняется все восприятие мира.

– Но это же чудесно! Так чудесно, что представить себе не могу!

Полина взяла в руки кекс.

– Алиса, можешь дать нож?

– Сейчас.

Алиса принесла Полине нож, и девушка принялась разрезать маленький кексик на кусочки, словно торт.

– Хорошо, тогда давайте так,– заявил Борис,– поднимите руки те, кто хоть раз в жизни испытывал настоящую любовь, а не влюбленность?

Подняли руки все, кроме спящего Арсения, Влада и Семена.

– Держите,– Полина закончила разрезать свой кексик и принялась раздавать кусочки друзьям.

– Спасибо,– все ее благодарили за угощение.

– Борис,– обратился к нему Влад,– вот ты сказал о настоящей любви, не влюбленности. А как отличить настоящую любовь от влюбленности.

– Стоит хоть раз в жизни испытать истинную любовь, как ни за что не спутаешь ее с влюбленностью,– ответил Борис.

– Удобный ответ,– сказал Сергей.

– А я просто закрываю глаза и стараюсь представить, что человека, которого я люблю или просто влюблена, не существует, что он мертв,– сказала Полина,– если ничего не екнуло здесь,– она положила руку на сердце,– то это простая влюбленность, которая пройдет через неделю, а если ударило, заколотило, наворачиваются слезы и больно дышать… значит, ты любишь и любишь по-настоящему.

– Можно и так,– согласился Леня.

Друзья приступили есть кекс и запивать его чаем.

– И все же я считаю, что настоящая любовь, если она и существует, может быть только между мужчиной и женщиной,– сказал Лебедев.

– Эх,– вздохнула Алиса,– хороший ты человек, Сергей, жаль только то, что детей не любишь.

– И не скрываю этого! Они все время ноют и жалуются… Ненавижу детей и говорю об этом открыто!

– Но ты же сам когда-то был ребенком,– сказал Леня.

– Был ну и что? Теперь же вырос!

– Как сказать…– улыбнулся Стас.

Все дружно засмеялись. Этот смех разбудил даже спящего Баранова:

– Вы дадите поспать или как?

– Да, спи ты уже! Спи!– ответил Лебедев.

– Эй, Стас, не сыграешь ли ты нам что-нибудь?– обратился к нему Борис.

– А что? Могу!– ответил Комаров.– Подождите, я сейчас!

Стас встал и ушел в одну из палаток. Из нее он вернулся с красивой гитарой в руках.

– Он еще и гитару взял?!– удивилась Полина.

– Он без нее не в одно путешествие не отправляется,– объяснила Алиса,– даже спит с ней.

Стас уселся на свое место и пробежался пальцами по струнам.

– Хорошо перед сном музыку послушать,– улыбнулся Леня, поглаживая свой живот.

– Итак,– громко сказал Стас,– песня!

Он снова пробежался пальцами по струнам, пытаясь вспомнить нужные аккорды. Стас откашлялся и заиграл.

Эта музыка была знакома всем. И Стас запел Высоцкого:

Если друг оказался вдруг

И не друг и не враг, а – так..

Если сразу не разберёшь,

Плох он или хорош?!

После первого куплета Стас принялся насвистывать, как это делал во время пения сам Высоцкий. Друзья с наслаждением слушали друга. Полина, выпив свой чай смотрела на пламя горелки.

Парня в горы тяни – рискни,

Не бросай одного его,

Пусть он в связке с тобой в одной —

Там поймешь, кто такой

Если парень в горах – не ах,

Если сразу раскис – и вниз,

Шаг ступил на ледник – и сник,

Оступился – и в крик,

Значит, рядом с тобой чужой,

Ты его не брани – гони:

Вверх таких не берут и тут

Про таких не поют.

Полина смотрела в огонь и видела в языках пламени, как все вместе они идут по высокой заснеженной горе, связанные в одну живую цепь. И там она увидела, как Арсений неожиданно струсил и запросился домой. Полина видела в огне, как он ныл всю дорогу, а потом принялся кричать и проситься вниз.

Если ж он не скулил, не ныл,

Пусть он хмур был и зол, но шёл,

А когда ты упал со скал,

Он стонал, но держал,

Если шёл за тобой, как в бой,

На вершине стоял, хмельной,

Значит – как на себя самого,

Положись на него…

В огне Полина видела себя. Она упала со скалы, но ее держали. Руку ей подал Борис. Он спас ее, вытащив снова на снег. Она осталась жива благодаря ему.

Перестав видеть в огне расплывающиеся картинки, рисующиеся в ее сознании, она посмотрела на рядом сидящего Бориса. И вдруг она поняла одну вещь. Очень важную вещь.

Если шёл за тобой, как в бой,

На вершине стоял, хмельной,

Значит – как на себя самого,

Положись на него…

Пение закончилось, прозвучал последний аккорд. Друзья поздравили Стаса бурными аплодисментами. Он встал и демонстративно поклонился.

– Браво! Браво!– кричал Лебедев.– Воистину маэстро!