Читаем Басад полностью

Аудитория загалдела, на лицах проступили очень разные выражения: от растерянности и недоумения до самодовольных ухмылок тех, кто полагали, что уж точно знают ответ, но высказывать его во всеуслышание – ниже их достоинства.

Выдав несколько банальностей, студенты призадумались и уткнулись в мобильники, предпочитая блеснуть искрами чужого гения, почерпнутыми из сетевого пространства, чем откровенничать, рискуя поставить себя в неловкое положение.

– Счастье – это когда предыдущий пиздец уже закончился, а следующий еще не начался, – выдал самоуверенный белобрысый паренек с челкой немецкого подростка.

Все одобрительно загоготали.

– Кхм… в общем-то, да. Вопрос только в том, что есть пиздец, и откуда он берется. Я даже не рассчитывал так сразу… Впрочем, мы забегаем вперед.

– Счастье – это когда тебя понимают, – зардевшись, пропищала прилежная ученица, привычно занявшая место в первом ряду, – большое счастье – это когда тебя любят, а настоящее счастье – это когда любишь ты.

– Ох, это, конечно, очень… очень романтично, но… любовь такая сложная штука, столько всего намешано… что, как ни крути, она не тождественна счастью. Даже если в любви и можно обрести счастье, любовь счастьем не исчерпывается. И наоборот – счастье не исчерпывается любовью. Особенно безответной любовью, которая по этой классификации тоже является наивысшим счастьем. Но не будем углубляться в дебри. Тем более, при всем уважении к… А кто это сказал?

– Конфуций, – созналась она.

– Спасибо,.. эм, при всем уважении к Конфуцию, – я ненадолго задумался, – подозреваю, что он не пытался сформулировать определение счастья, а сопоставлял дружбу и разные типы любви… Тут понятие “счастье” используется как некое мерило, шкала для сравнения.

– Счастье – это когда у тебя есть большая, дружная, заботливая, любящая семья в другом городе, – раздалось с заднего ряда.

Эта реплика была тоже встречена благосклонными ухмылками, но уже не так единодушно.

– М-м… То есть счастье – это свобода от семейных обязательств? Как-то мы не в ту степь, – я невольно усмехнулся, – хотя это не лишено юмора. – Судя по насупленным выражениям лиц женской половины класса, мой комплимент этому изречению пришелся им не по душе. И чтобы не рассеивать внимание на побочные темы, я поспешил добавить: – Я, естественно, не пропагандирую супружескую неверность.

– Ум, несомненно, первое условие для счастья, – объявил серьезный русский тип с явными задатками карьериста. И веско припечатал: – Софокл.

– Ну,.. Софокл тот еще фантазер, – рассмеялся я. – Это у него, возможно, счастье от ума, а у обычных людей от ума преимущественно горе. “Умножающий знания – умножает скорбь” и все вот это.

– Допустим, тогда так: счастье – это хорошее здоровье и плохая память, – не сдавался будущий карьерист.

Он вечно норовил первым и не спросясь встрять с ответами и уточнениями лишь затем, чтобы нарциссически насладиться эхом своего голоса, звенящим в стенах аудитории. Он действительно умный и способный, и если бы не эта манера, цены бы ему не было.

– Да, подкупает лаконичностью, но… я собирался об этом позже, но раз уж… эм… Вопреки расхожему мнению, здоровье редко влияет на степень… или уровень счастья. Когда речь идет о заболевании, при котором состояние неуклонно ухудшается, и пациент не успевает оправиться от новых ударов судьбы, – тогда да, безусловно, влияет. А в случае пусть даже серьезной, но не прогрессирующей болезни, через пару лет большинство людей возвращается в свой привычный спектр счастья-несчастья. Вовсе не интуитивно, но есть научные исследования.

– Короче, – не унимался карьерист, – вы собираетесь сообщить нам, что же такое, по-вашему, счастье?

– Короче? Я же не впариваю вам ультимативный рецепт “как стать счастливым за пятнадцать минут”. И вообще…

– Happiness is just a state of mind,53 – флегматично пробурчал кто-то.

– Вот, очень точно! – Я воодушевился. Это было не только точно, но и своевременно, так как спасло настырного карьериста от взбучки, на которую он, по обыкновению, напрашивался. – Очень точно, но само по себе ничего не объясняет. Кроме того, так можно высказаться практически о чем угодно. Давайте попробуем.

– Корова – это лишь состояние ума, – мгновенно прилетело откуда-то слева. Непонятно как тут возникла эта корова, никаких коров в обозримом пространстве не наблюдалось.

– Курица – лишь состояние ума, – белобрысый с немецкой челкой многозначительно покосился на отличницу с первой ряда.

Все радостно загоготали. Я укоризненно взглянул на этого хохмача.

– Физика – лишь состояние…

– Страна Израиль – лишь состояние ума.

И тут все загалдели наперебой:

– Небо, дерево – лишь состояние ума…

– Ага, – съязвил веснушчатый и худощавый, покосившись на того, который заикнулся про дерево, – особенно, если это дуб.

– Бред… – вздохнула смешливая девушка с утиным носом.

– Бред – это лишь состояние ума! – подхватил веснушчатый.

– И у некоторых оно хроническое, – поспешил свести счеты тот, который про дерево, и которого веснушчатый только что подколол.