Читаем Барин-Шабарин 3 полностью

Во-первых, и вправду он был сыном генерал-майора Печкурова, однако четвёртым по счёту. Несмотря на то, что земель и крепостных душ у семьи было более чем достаточно — но, конечно же, не две тысячи, а гораздо меньше, однако имения были не заброшены, а вполне развиты. Старший и средний сын генерала помогали своему отцу по хозяйству, в то время, как третий и четвертый сыновья служили.

Во-вторых, Александр был картёжником и уже имел немало долгов, а к тому же он был из тех, кто может потратить последние деньги, даже войдет в долги, но уж будет выглядеть всегда отменно. Умел Пекчуров пустить пыль в глаза любому.

В-третьих, Печкуров пыль пускал, скорее, не любому, а любой. Он был коллекционером женских сердец. Знал, что выглядит неотразимо, что умеет красиво говорить, подаёт себя так, что редко случалось, чтобы даже замужняя женщина, уважающая себя, не польстилась на офицера.

Севастополь скуден на женщин. Они, конечно, есть и здесь, но почти что все замужем. Вместе с тем, тут большое количество мужчин, как офицеров, так и строителей, чиновников. Всем хочется женской ласки или хотя бы внимания.

И вот появляется очередная красотка. И началась своего рода охота за Елизаветой Дмитриевной. И если ярые охотники делали для этого всё, а некоторые так и вовсе входили в раж, следили за девицами и то и дело попадались им на глаза, стремясь заговорить, то другие тоже охотились — но тихо, молча. Например, один молодой мичман вечерами томно вздыхал под окнами дома, который взял в аренду Алексеев. Охоту за вниманием девиц можно было сравнить с настоящей охотой с убийством животных, это когда в ход шел напор, или с «тихой охотой», словно с собиранием грибов. Лейтенант Александр Николаевич Печкуров действовал всегда напористо и наверняка.

— Отчего, позвольте поинтересоваться, если у вас есть недостаток, и достоинства, и… — начала было говорить Лиза, но запнулась.

Она хотела сказать офицеру, что он красив, учтив, весьма интересен дамам — а всё равно до сих пор не женат. Ведь с такой внешностью и статью легко найти общий язык с самыми капризными девицами, вернее, с родителями, что разбаловали дочерей и решили спрашивать их мнение о замужестве. А тут еще и неплохое состояние.

— Только не говорите, что вы ещё не нашли такую, как я. Уж извините, но подобные комплименты весьма избиты и даже моветон. А я не столь наивна, чтобы верить каждому слову, — собравшись с мыслями, горделиво отвечала Елизавета Дмитриевна.

На слова юной девушки тридцатилетний Александр Печкуров только мысленно ухмыльнулся. Сколько у него было таких, которые так же пыжились, манерничали, всё строили себя недотрог, а в итоге лили слёзы и клялись в любви. Хотя он выбирал для себя чаще женщин замужних. Есть некоторый нюанс, который нельзя проигнорировать даже такому ловеласу и беспринципному человеку, как лейтенант Печкуров. Это — невинность. Факты связи с замужней женщиной всегда можно скрыть. Она никогда не бывает невинна, потому и можно… С девицами сложнее. Они истерику закатить могут, да и часто столь наивны, что обязательно кому-нибудь расскажут.

Между тем, танец закончился. Печкуров галантно, выверенно поклонился и проводил Елизавету Дмитриевну к тому месту, с которого её и ангажировал на танец. И пока они возвращались к Алексею Михайловичу Алексееву, лейтенант не проронил ни слова. Более того, он словно игнорировал Лизу, смотрел демонстративно только вперед.

Александр Печкуров знал, что делал. Он понимал, что молчание кавалера будет будоражить сознание девушки, потворствовать тому, что её ещё не окрепшая психика и разум будут искать ответы. Почему же он ничего не сказал, почему не выразил никакого восхищения после танца? Может быть, она что-то сделала не так? Недостаточно грациозно танцевала или, что куда хуже, вела себя излишне откровенно? Но в танце разговор велся весьма активно. Подобная уловка, по мнению Печкурова, работала всегда и со всеми дамами, даже со зрелыми и опытными в свете.

Елизавета Дмитриевна проводила глазами своего впечатляющего кавалера, задумываясь над тем, что она сделала не так, что он даже не поблагодарил её, а только вернул под присмотр дядюшки. Между тем, это её второй выход в свет. Если не считать приём Шабарина, но те дни Лиза уже считала, скорее, репетицией перед главными мероприятиями.

Разум Елизаветы сопротивлялся, но чувства начинали брать верх. Она хотела опереться на это сильное плечо, иметь рядом с собой защитника, того, кто заменил бы ей отца во всём, и был больше, чем родитель. Алексанр представлялся Лизе опытным мужчиной, он старше её, он, судя по всему, богат. Ведь две тысячи душ — это заметное состояние, это большие земли и возможности. А то, что он бывал на балах в Петербурге, что его батюшка прославленный, судя по словам самого Александра, генерал, делало партию очень даже перспективной.

Ну а то, что Алексей Николаевич к своим годам не женат, так офицер же, ещё и флотский. Такие обычно женятся в зрелом возрасте, когда оставят службу.