Читаем Баран и жемчуг полностью

Я не ответила, потому что глаза вдруг защипало от набежавших слёз, а губы совершенно неприлично задёргались. Ещё немного – и я разревусь на глазах у всех. На глазах у этого…

– Ну всё, плакать не нужно, – неуклюже утешил меня рыцарь и заставил коня отступить, давая мне дорогу. – Платим этот дурацкий штраф и возвращаемся, если у вас нет других дел. А на обратном пути вы всё мне расскажете. И я хочу услышать только правду, а не ложь в стиле леди Сегюр.

Заплатив штраф, я в сопровождении сэра Мюфла проехала до городской лавки и заказала мёда, вина и патоки с доставкой. Увидев в моих руках новенькие золотые, лавочник просиял почти так же, как они, и проворно сгрёб монеты с прилавка.

– Смотрю, дела налаживаются, леди Сегюр, – сказал он, многозначительно посмотрев на рыцаря, который хмуро поглядывал по сторонам и держался на два шага позади меня – будто опасался, что сейчас на меня набросятся пять наёмных убийц.

– Они всегда были неплохи, – ответила я сдержанно.

– Но золотом вы раньше не платили, – захихикал лавочник и снова посмотрел на моего сопровождающего.

Я не успела ответить, потому что в это время рыцарь шагнул вперёд и прихлопнул ладонью по прилавку. Не сильно, но впечатление это произвело – я от неожиданности вздрогнула, а лавочник так и вовсе подпрыгнул и рассыпал монеты, которые собирался спрятать в сундучок.

– Тебе какая разница, чем леди расплатилась? – угрюмо произнёс сэр Мюфла. – Ты с какой целью выспрашиваешь? И что хихикаешь, как дурачок? Ещё раз засмеёшься, когда говоришь с благородной девицей, я тебе зубы повыбиваю. Понял?

– Да, сэр, – проблеял лавочник и сразу стал – сама серьёзность. – Всё будет доставлено в Сегюр сегодня же. В лучшем виде, сэр.

– Попрощайся, – велел рыцарь, и мы с лавочником в один голос испуганно сказали «до свидания».

Мюфла посмотрел на меня искоса, еле заметно покачал головой и пошёл вон из лавки, а я засеменила следом за ним. Рыцарь без слов закинул меня в седло, и сам так же молча сел на своего коня, оглянувшись по сторонам. Это было явно лишним, потому что обычно оживлённая улица сейчас пустовала. Но зато во всех окнах торчали любопытные лица.

Когда мы выехали за город, я всё-таки решила поговорить. Нет, я не слишком уж разозлилась за вмешательство. Скорее, наоборот – это было приятно. Да и чувствовала я себя в полной безопасности, но всё-таки… всё-таки, это было неправильно. К тому же, мне было стыдно, что я чуть не пустила слезу перед чужим человеком. Даже не знаю, что на меня нашло. Наверное, сказались воспоминания о смерти папы… Точно, именно так. Иначе я ни за что бы не расплакалась.

– Зачем вы напугали господина Лабаля? – спросила я с укоризной. – Если вам не понравилось, как он смеётся, можно было просто сказать об этом.

– Пусть будет благодарен, что я ему сразу не дал по шее, – заявил рыцарь, даже не повернув голову в мою сторону.

– Что у вас за варварские методы! – не хотела, а вспылила я. – Вы не понимаете, что здесь – не столица?

– Не вижу разницы, – бросил он.

– Мы все здесь друг друга знаем, – попыталась я объяснить. – Эти люди знают меня и моего отца много лет. Я росла у них на глазах, поэтому они и относятся ко мне… как к своей, – закончила я немного неуверенно, и Мюфла тут же уловил это.

– К своей? Скажите лучше, что они вас ни во что не ставят. А живут-то они на вашей земле, между прочим. Я бы взвинтил им аренду. Раз в десять. Чтобы знали, кто тут хозяин.

– Всё не совсем так, – сказала я после небольшой заминки. – Земля не совсем моя. Сегюр – да, Фиалковая низина – да. А город… я сдала эти земли в аренду на тридцать девять лет и передала право пользования городскому совету. Так что теперь арендную плату устанавливают сами горожане, а я уже получила фиксированную сумму…

– Это вы сглупили, – заявил рыцарь. – Ваш отец никогда такого бы не сделал.

– Папа был на войне! – возмутилась я. – А мне нужны были деньги. Вам, может, не известно, что вилланы могут вырастить пшеницу, рожь, яблоки – если будет урожайный год, но не могут купить сахар, мёд, лекарства, уголь и дрова. Даже кузнец закупает руду через северных поставщиков. И на всё это нужны деньги. Мы пытаемся поставить на поток продажу шерсти, но на это нужно время, а деньги необходимы сейчас и сразу.

– Вы ещё и своих вилланов содержите, – сказал он и скривился. – А ведь это они должны содержать вас.

– Это моё дело, и мои люди, – обиделась я. – Речь идёт о том, что вы ведёте себя так, что перессорите меня со всеми.

– Невелика потеря, – отозвался он. – Они и так вам не друзья. Расскажите-ка, что вы не поделили с детишками того труса, который к вам приставал. И помните, – тут он соизволил обернуться ко мне и поднял указательный палец, будто грозил младенцу, – лжи не потерплю. Только правду и ничего, кроме правды.

– Да вы уже надоели со своими обвинениями, – не сдержалась я. – Какой обман?! Вы хотели, чтобы я указала короткую дорогу какому-то головорезу с тесаком? А если бы вы оказались разбойником?! Мои люди пострадали бы…