После того, как Вика немного успокоилась, они перебрались в зал, уселись на диване и Костя попросил рассказать её обо всём, что случилось более подробно. Она пила уже вторую по счёту кружку чая и только сейчас начала согреваться. Она вздохнула, понимая, что без этой части, Костя не сможет в полной мере понять, что именно её так напугало. И она рассказала всё; о случае в бассейне, о том, как её доченька разговаривала с кем-то невидимым и чуть было не протянула к нему свою ручонку. И о бабушке с девочкой, которая до жути напомнила её саму в детстве. Под конец она опять чуть не разрыдалась, но Костя вовремя успел её обнять. К своему ужасу он понял, как сильно по-прежнему любил её. Он заботливо вытер с её лица слёзы и не отдавая отчёта своим действиям поцеловал в губы. Они оказались солоноватыми на вкус, но всё такими же желанными.

— Не надо, — она отстранила его от себя. — Я здесь не для этого.

— Прости, не знаю, что на меня нашло, — мысленно он обругал себя самыми плохими словами.

— Ничего, — она попыталась разрядить обстановку, встала, поставила на журнальный столик кружку и сказала, — Ты говорил, что не оставил попытки, узнать, как уничтожить её?

— Да, это так, — подтвердил он, всё ещё чувствуя неловкость. Он тоже встал и прошел к своему столу, на котором высокими стопками были сложены книги, в основном по медицине, но попадались и такие экземпляры, как «Вся правда о строении атома», «Научная мистификация» и «Мифология, как наука».

— Ты уже знаешь, что в интернете найти всё нельзя, — произнёс он загадочно. Костя стал раскрывать разные книги на разных страницах, где предусмотрительно оставил закладки. — То с чем мы имеем дело, имеет вполне научное объяснение.

— Правда?

Это даже немного поразило.

— Да, Баракунда является своего рода скоплением испорченных клеток, благодаря людям или окружающей среде, она приобрела определённую физическую форму, выполняя некоторые функции для подержания своего существования, если объяснить простым языком, то люди сами приучили её к жертвам, но спустя многие годы, когда подобные вещи канули в Лету, ей пришлось самой начать охотится. Для неё по сути не происходит ничего плохого, она просто испытывает голод, как например тигр или медведь.

— Это всё конечно очень занятно, но кем бы на самом деле она не являлась, мы должны её остановить. Снова…

— Знаешь почему хорошо, что реально, ну то есть имеет физическую плоть?

Вика вопросительно нахмурилась.

— Так её проще убить. Мы повторим ритуал, потому что вещество, которое получается из варева действительно может её уничтожить, только мы должны увеличить масштабы. Понимаешь?

Вика помотала головой. В её воображении вырисовался огромный кратер, наполненный зелёной жижей с крапинками от ягодок барбариса.

И где же им, скажите на милость, найти столько барбариса? Придётся опустошить все аптеки города.

— Мы поймаем её в ловушку!

— В ловушку?

— Ага, сварим как можно больше варева, заполним огромный аквариум и заманим её внутрь, а потом запечатаем и закопаем и навсегда! — он припал к коленям Вики, заглядывая ей в глаза, — Навсегда избавим мир от этой твари.

Но даже если им удастся это всё провернуть, им нужен третий. И не абы кто, а человек с третьим глазом.

Часть 11

28

Маня, а по паспорту Мария Агеева, которой шестнадцать лет отроду в основное время училась в институте на агронома, а в свободное — подрабатывала в небольшом книжном магазинчике. И она была отличной ото всех, в прямом и переносном смыслах. Она отличалась неординарной внешностью и своим необычным даром.

Она никогда не задумывалась о своей особенности, просто была собой. Говорила и делала то, что чувствовала, а чувствовала она очень и очень многое. Она всегда знала, что пришла в этот мир ненадолго. Порой это навевало грусть, но сейчас не об этом. Когда-то в детстве она напугала собственную мать, буквально рассказав ей о том, как умрёт, а ей тогда было всего пять лет. Это произошло одним летним вечером. Она играла в куклы, сидя на полу, и вдруг решила поведать маме о своей смерти. Мама от неожиданности выронила салатник и нарезанные овощи разлетелись по полу. Маня плохо помнила, что этому предшествовало, почему она вдруг решила рассказать матери именно об этом. Зато она хорошо запомнила обеспокоенное выражение лица и как она несколько минут убеждала, что дочь ошибается и проживёт долгую и счастливую жизнь. Умрёт в глубокой старости, во сне без мучений и боли. Но пятилетняя девочка лихо возражала, не особо понимая, почему мама так расстроилась, ведь это правда.

Больше они никогда об этом не разговаривали, и старшая Агеева смогла убедить себя, что всё это было дурачеством. Тем более, что у неё родилось после Мани ещё трое детей, и заботы о них полностью переключили всё её внимание.

Естественно ребёнок, обладающий сверхспособностями поначалу даже не подозревает об этом. Это как иметь хвост и думать, будто он есть у всех. Но в какой-то момент ты всё же узнаёшь, что это вовсе не так.