Читаем Бар 32 полностью

— Так я его и достал из всей этой жопы. Мы переругались с ним из-за этого, чуть не прибили друг друга. Но я человек такой, что за друзей горой стоять буду. Даже если их обидчики — они сами. Я знал Тома, когда он только баловался вместе с Рейчи, и он показался мне клевым. Когда я узнал его ближе, то вообще проникся к нему, — Митч достал сигарету и закурил. — И тут он начинает жестко подсаживаться на наркотики. И как мне быть?

— Но ты ведь сам торгуешь этим, — приподняла бровь Лиа.

— Торгую, но сам я не нарик. Пробовал, бывало, да, но не торчал. Я не против самокруток, от которых кайфует Рейчи, но против химии этой всей. Она же убивает человека, и Том убивал себя этим. Было сложно, но я вытащил его из этого дерьма.

— Это сильно, — кивала Лиа. — И он не срывался?

— Срывался, конечно, пару раз в процессе. Но потом мы с ним серьезно так переговорили, я ему всякой дичи философской умной навтирал, он задумался, — Митч рассмеялся, сделал последнюю затяжку и выбросил окурок на мокрую тропинку. — Томас мне чем нравится: яйца у него есть. Есть маленькие трусливые яйцушки, как у всяких парнишек из центра, а у него большие мужицкие смелые яйца. Если он хочет чего-то — он добивается. Он захотел бросить наркотики, и он бросил через ломки и сложности.

Лиа, улыбаясь, слушала. И думала о том, что первое впечатление о Томасе совершенно неверное. Да даже сейчас, узнав о том, что он бывший наркоман, на душе оставался неприятный осадок двоякого впечатления. Его идеальный образ, каким увидела его Лиа впервые, спустя два года, уходил сквозь пальцы, как песок с каждым днем.

— И знаешь, если он загорелся идеей найти убийцу его бывшей девчонки, то он добьется этого, — продолжил Митч. — И раз ты тут, то ты поможешь ему в этом.

Лиа внимательно посмотрела на молодого наркоторговца.

— А почему Шоколадный король? — вдруг спросила она, игнорируя его слова.

— Рейчи дала мне это прозвище еще лет шесть назад. Потому что ниггер, шоколадный и все такое, — засмеялся парень, подавшись назад. — Звучит по-расистски, но мне нравится.

Резко открылась дверь, Лиа обернулась и увидела над собой Томаса. Позади него Рейчел и Питер. Все хмурые, даже Рейчел, допивающая бутылку пива.

— Митч, говори, что хотел сказать еще, и мы поехали, — громко сказал Томас, но лицо его все еще оставалось холодным.

Парень поднялся, обошел друзей, зашел в дом. Пока его не было, Лиа переглядывалась с Томасом. Он молчал, но Лиа видела в его глазах что-то, похожее на озабоченность и озлобленность.

— Мужик, который услышал звук выстрела и нашел тело Элисон, живет вот тут, — проскрежетал Митч и протянул Тому листок. Лиа попыталась через плечо парня заглянуть, но даже увиденные буквы ей ни о чем не говорили. — Съезди к нему, может, удастся что-то узнать. Лучше поезжай один.

— Съезжу, — кивнул Томас. — Это все?

— Ты требуешь с меня, как с детектива, который работает уже несколько месяцев над делом, — прыснул Митч. — Я сообщу, если будет что-то еще. Береги себя. Зря ты в это ввязываешься.

— Он не оставляет мне другого выбора, — ответил Томас. — Я твой должник.

ГЛАВА 4

1

Томас нехотя с утра поехал в колледж. Рейчел мирно досыпала то время, пока они ехали, на переднем сидении, и парню пришлось слушать музыку максимально тихо. Если бы не Рейч, он бы повысил громкость до максимума, лишь бы заглушить крики в голове.

В чехле телефона лежал листок с адресом человека, который нашел тело Элисон. Томасу так хотелось развернуть машину и поехать в указанное место, но он все равно продолжал вести машину прямо по дороге, крепко сжимая руль.

Ему нельзя было прогуливать, нельзя было получать низкие оценки — от этого зависела стипендия, которая и была единственными деньгами Томаса. Большая часть выручки, что они собрали за пятницу, ушла на предзаказ алкоголя. Другая часть ушла на оплату воды и света, работу диджея и барменов. Остались копейки, а жил он теперь не один.

Он оступился уже однажды, когда подсел на наркотики, стал пропускать. Ректор выхватил его как-то в коридоре, увел в кабинет, усадил на стул. Хмуро посмотрел на измученного Томаса и заявил: «Это уже не смешно. Ты пропускаешь занятия, а если и приходишь, то витаешь в облаках. Ты чуть не завалил сессию, и завалил бы, не будь педагоги благосклонны к тебе и не будь ты таким смышленым. Я лишаю тебя стипендии до того момента, пока ты вновь не станешь тем Томасом Хэйзом, какой пришел в наши стены. Если тебе и это не станет уроком, Том, то я буду вынужден отчислить тебя».

Том мчал по улицам района. Было тихо, слышался лишь гул мотора. Редкие машины отъезжали от домов, навстречу ехал школьный автобус. Унылый вид сливался воедино, и через минуту стало казаться, что за окном нет ничего, кроме убогой желтой серости.

Путь до колледжа был недолгим. Томас прибавил громкости музыке, и Рейчел резко проснулась.

— Приехали, — объявил он.

— Есть еще время подымить? — спросила Рид, потирая глаза. Том кивнул.