История авантюризма и азартных игр в Чикаго со времен Великого пожара и до середины 1890-х – это в основном история Майка Касиуса Макдональда, маклера, владельца салуна и игорного дома, выдающегося политика и покровителя игроков. Любой игрок или шулер, который хотел работать за пределами квартала красных фонарей, должен был «повидаться с Майком» и договориться о выплатах полиции, официальным лицам и членам синдиката Макдональда. Как близкий друг и главный консультант Харвея Д. Колвина и позже Картера Харрисона и как лидер одной из демократических партий на протяжении более чем десяти лет, Майк Макдональд был боссом Чикаго и самым могущественным мошенником в истории города. «Он никогда не был должностным лицом, – писал Ричард Генри Младший, хорошо известный в Чикаго журналист, – но управлял городом железной рукой. Он выдвигал людей, которые должны были быть кандидатами на выборах, он избирал их, и когда они занимали пост, то становились его марионетками. У него были салуны и игорные дома, он защищал главарей игроков и мелких жуликов и способствовал обману в любом проявлении». Он мог бы контролировать и проституцию, но брезговал столь отталкивающими видами криминальной деятельности. Как сказал один из его друзей: «Игроку следует быть порядочным, чтобы работать с Майком».

Этот разборчивый принц шулеров начал свою карьеру в 1864 году, когда ему было 15 лет, работая в поезде Ниагарские водопады – Детройт, занимаясь там поисками игроков и продавая фальшивые призовые награды и поддельные ювелирные украшения. Позже он работал на поезде Новый Орлеан – Чикаго. Он был профессиональным игроком еще задолго до того, как завоевал власть. В 1861 году был очень популярен лозунг, гласивший, что «все ирландцы должны сражаться за Союз». Однако для Майка Макдональда «все ирландцы» означало, что все другие ирландцы, но только не он, должны были рисковать своей шеей на войне. Он организовал группу желающих получить премии за добровольное поступление на службу и увеличил свой капитал за счет комиссионных от премий, которые множество людей платили его гангстерам, чтобы быть зачисленными. Во время Гражданской войны он увеличил свое состояние на игре в фараон, а позже в 1867 году они с ловкачом по имени Дэн Оукс открыли игорный дом по адресу Дирборн-стрит, № 89, где и работали, пока здание не было разрушено в 1871 году.

Оукс и Макдональд играли аккуратно, и их бизнес процветал, хотя однажды в 1869 году Макдональд чуть было не попал под суд – он получил 30 тысяч долларов с одного обанкротившегося помощника кассира одной из чикагских компаний и провел три месяца за решеткой, будучи не в состоянии внести залог 60 тысяч долларов. В конце концов его оправдали и освободили, потому что он купил свидетелей, которые клялись, что в его играх нет обмана и что банкрот сам умолял его со слезами на глазах позволить сыграть. Судебные издержки были очень дорогими, и, когда Макдональд открыл снова свой дом на Дирборн-стрит, он оказался уже не в состоянии платить полиции, чтобы она закрывала глаза на его махинации. Из-за этого полиция проводила облавы в его заведении два или три раза в неделю в течение года, а самого Макдональда арестовывали и штрафовали. Он чувствовал, что его преследуют, и от этого в нем развилось чувство ненависти к полиции, жившее в нем всю жизнь. Когда же наш игрок обрел политическую власть, ничто не доставляло ему большего удовольствия, чем унижать полицейских. Эта жестокая неприязнь породила знаменитую шутку, которая много лет завершала различные шоу и все еще иногда звучит в той или иной форме по радио или в водевиле. Ее придумал Майк Макдональд. Суть ее в следующем.

Человек приходит к нему в отель с документом.

– Мы собираем деньги, Майк, – говорит он, – не могли бы вы дать два доллара?

– Зачем? – спрашивает Макдональд.

– На похороны полицейского.

– С удовольствием, – говорит Майк. – Вот вам десять долларов, и похороните пятерых.

2

Удача сопутствовала Макдональду после пожара 1871 года. В начале года он открыл игорный дом на Стейт-стрит совместно с Ником Гири, знаменитым вором, убитым в конце концов полицией в Филадельфии; спустя несколько месяцев Майк проявил интерес к салуну и игорному дому Джона Даулинга в Вест-Сайде – не прошло и года, как он уже получил с них в качестве прибыли 100 тысяч долларов. Наполнив карманы деньгами и обеспечив себе постоянно растущий капитал, Макдональд заинтересовался политикой. Вскоре он стал лидером владельцев салунов и других «либералов», которые боролись против Закона о воскресном закрытии, и помог в организации «Народной партии», вкладывая большую сумму денег в фонд кампании. Осенью 1873 года ему удалось преподнести должность мэра своему другу Харвею Д. Колвину, который был известен в кругу игроков как большой мот. В частной жизни Колвин был генеральным агентом компании «Юнайтед стейтс экспресс».