Читаем Банды Чикаго полностью

Таким образом дав всем понять, что если ему не дадут торговать в Сисеро женщинами, то игровых автоматов здесь тоже не будет, Торрио сел за стол переговоров с Фогелем и братьями О'Доннел, и они заключили мирный договор, который тщательно соблюдался на протяжении почти трех лет, к пущей выгоде всех заинтересованных сторон. По условиям этого договора Фогель получал обратно свои игровые автоматы, а О'Доннелам давалось эксклюзивное право поставлять пиво в салуны, расположенные на Рузвельт-роуд и в некоторых других частях города. Подтверждал договор и их права на ту часть Вест-сайда Чикаго, в которой они уже орудовали. Торрио согласился отказаться от открытия борделей и ввоза проституток, но получил право открывать игорные дома и кабаре, продавать пиво по всему Сисеро, кроме территорий, закрепленных за братьями О'Доннел, и использовать город в качестве базы для любых своих операций, кроме связанных с проституцией. Эдди Танкл, известный своей вспыльчивостью и драчливостью, в этих переговорах участвовать отказался. Он с самого начала бросил Торрио вызов, самонадеянно заявив, что будет покупать пиво у кого захочет. Он долгое время был в хороших отношениях с О'Доннелами, но поссорился с ними, когда они начали поставлять вместо нормального пива – с добавкой спирта. Получив и от О'Доннелов и от Торрио приказ убираться из города, он ответил, что уберется отсюда только в гробу – так оно, собственно, и произошло. В ноябре 1924 года его убили Майлс О'Доннел и Джим Дохерти – якобы поссорившись из-за счета в его ресторане.

Договорившись об условиях оккупации Сисеро, Джонни Торрио предоставил город Аль Капоне – который к тому времени стал правой рукой Торрио и полноправным партнером во всех предприятиях – и уехал путешествовать в Европу с женой и матерью. Прихватил Торрио с собой и миллион долларов в виде ценных бумаг и кредитных писем, которые спешно разместил в европейских банках, чтобы обеспечить себе будущее на тот случай, если придется покинуть Чикаго. В Америку он вернулся весной 1924 года, оставив мать провести остаток дней в купленном ей поместье на берегу моря в Италии. Она стала самой богатой дамой в тех краях – у нее было тридцать слуг и шесть автомобилей. Аль Капоне же между тем обустраивал Сисеро. В свое время Торрио вошел в город без единого выстрела, но Капоне в закрепление этой победы поднял большую стрельбу и волну беззакония.

Насилие достигло апогея в день выборов, 1 апреля 1924 года, ставший днем самых масштабных беспорядков в истории Сисеро. Банды тяжеловооруженных гангстеров во главе с Аль Капоне, продвигая демократов вообще и мэра Клену в частности, держали город в ужасе с утра до вечера. В салуне Эдди Танкла убили человека; еще двоих застрелили на Двадцать второй улице; еще одному – перерезали горло, одного полицейского избили дубинками. Горожан, которые пытались голосовать за республиканцев, избивали и вышвыривали вон с избирательных участков. В уголовной экспертизе Иллинойса об этом писали так: «По улицам рассекали автомобили, набитые гангстерами. Они избивали и похищали служащих, работавших на выборах. Избирательные участки периодически контролировали вооруженные бандиты, и гражданам приходилось голосовать под дулом пистолетов. Избирателей и работников участков похищали, увозили в Чикаго и держали под замком вплоть до закрытия избирательных участков».

В конце дня честные граждане обратились за помощью в Чикаго, и оттуда в Сисеро судья графства Эдмунд Джареки направил в автомобилях семьдесят полицейских в статусе помощников шерифа. Отрядом полицейских под командованием детектива сержанта Уильяма Касика были застигнуты сам Аль Капоне, его брат Фрэнк, Дэйв Хедлин и Чарли Фишетти. Они стояли с пистолетами в руках перед избирательным участком на углу Сисеро-авеню и Двадцать второй улицы. Фрэнк Капоне выстрелил в патрульного Макглинна, но промахнулся, а вот Макглинн ответным выстрелом убил его. Хедлин был ранен; Фишетти после недолгой перестрелки был схвачен, а Аль Капоне бросился вниз по Сисеро-авеню, наткнулся на еще один отряд полиции и вел с ними перестрелку до тех пор, пока, к его радости, не наступила темнота, под покровом которой он и скрылся. Его так и не арестовали. Подчиненные окружного прокурора провели расследование законности владения оружием. Оказалось, что большая часть разрешений была выдана мировыми судьями из пригородов. Похороны Фрэнка Капоне затмили даже церемонию погребения Большого Джима Колоссимо – гроб его был обит серебром, и одних цветов там было на двадцать тысяч долларов. В знак траура и солидарности все салуны и игорные дома Сисеро закрылись на два часа, причем окна всех были наглухо захлопнуты.