Читаем Бандиты и бабы полностью

Бандиты и бабы

Предлагаю Вашему вниманию книгу «Бандиты и бабы», первые главы которой я начинал публиковать в своём блоге.

Михаил Николаевич Задорнов

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Юмористическая проза / Современная проза18+

Михаил Задорнов

Бандиты и бабы

САШКА

Эту необычную историю, которая с ним произошла в Израиле, рассказал мне один известный и любимый в прошлом нашим народом актёр. Несмотря на то что он не был эстрадником, его популярность в 80-90-е годы была почти как у Пугачёвой, Магомаева, Хазанова… Его называли звездой, лишь потому что слова «суперзвезда» в то время ещё не было. Он много снимался в кино, на него приходили в театр, где он играл. Добавили к нему интерес зрителей и несколько скандалов, связанных с его личной жизнью: то разводился, то женился. Народившаяся в последние годы советской власти жёлтая пресса чего только о нём не писала — и что он ловелас, и пьяница. и ещё много приписывала ему всяческих грехов: скупердяй, обжора, скандалист, картёжник, антисоветчик, русофоб. наконец, сионист и антисемит одновременно.

Всё это лишь подогревало интерес к нему и добавляло всенародной любви: бабник, пьяница — значит, наш человек!

Потом вдруг в конце 90-х годов он перестал сниматься в кино, покинул театр, и даже жёлтая пресса о нём больше не писала. Это означало — либо он умер, либо не справился с переходом от застойного социализма к темпераментному капитализму, когда главное для популярности — не иметь талант, а уметь вовремя замутить скандал и сделать его общенародным достоянием всей не зависимой от совести России.

В то время многие великие советские актёры и актрисы враз обеднели, потому что оказались слишком приличными, чтобы перестроиться и начать торговать лицом на сцене или турецким бельём на рынке. Народившаяся новая демократическая «элита» считала таких бездарными, отсталыми, не приспособленными к демократическому будущему, бывшими коммуняками и вычеркнула их из своих рейтингово-«светских» интересов. Кому они нужны, эти небренды!

Сколько же гениальных актёров и актрис из нашего доброго советского прошлого в то время вынуждены были попроситься в дома престарелых на «доживание».

Но того, о ком я хочу рассказать в этой повести, все эти беды не коснулись. Более того, глядя на него, невозможно было угадать его возраст. Я часто шутил, что у человека есть три возраста: первый — юность, второй — зрелость, третий — «как вы хорошо выглядите». Есть, правда, ещё и четвертый: «Как вы хорошо держитесь!» Казалось, он застрял в последнем навечно. Я всегда его спрашивал, в чём секрет этого волшебства? На что он мне, хитро улыбаясь, отвечал: «Ну так… Есть кое-что!»

Нашу сегодняшнюю дружбу я бы описал так: когда-то он был моим старшим другом, а теперь мы с ним в возрасте сравнялись. Он тоже может ходить на руках, делать шпагат, хотя на много лет старше меня. Я бы сравнил его с героем романа Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея», если б Дориан Грей был мне симпатичен. Мне порой казалось, что мой старший друг, если на него нападут отморозки в подворотне около его дома, ещё наваляет им как в молодости.

И зарабатывает он в нашем новом времени неплохо. Но об этом позже, хотя сразу предупрежу, он не стал работать ни в торговле, ни в банке, ни тем более в политике — остался приличным человеком!

Человек сам отказался от популярности!

Я не называю его фамилии, потому что он просил этого не делать. Историю, которую он мне рассказал, не все правильно поймут, начнут снова трепать его имя в Интернете, в прессе, опять включатся «желтушечники»… А он не хочет терять своего равновесия, которое поддерживает его «вечно-четвёртую» молодость под названием «Как вы хорошо держитесь!».

Вот такие перемены произошли с человеком.

Но чтобы вам, дорогие читатели, эта история стала понятна, надо прежде рассказать о том, как он начинал свою театральную карьеру. Конечно, такая известность к нему пришла не сразу.

Поначалу, после того как он окончил театральное училище, ему в театре давали играть только роли героев-любовников, поскольку внешность у него была эффектная. Все женщины считали его почти советским Аленом Делоном. Но вдруг благодаря кино и одному известному кинорежиссёру выяснилось, что он ещё и талантлив! Более того, и умён. Знаете, как иногда говорят про женщин? Красивая, но умная!

Простые люди почти всех актёров считают умными. Если встречаются с ними в жизни, поражаются тому, как много те знают, какие они остроумные, какие у них необычные мысли. Дело в том, что у большинства из актёров это всё слова из ролей, которые они сыграли. Актёры всего мира нафаршированы умными идеями и словами из произведений величайших драматургов. Они будут казаться умными в любой компании. Но есть и неформатные — со своими собственными мыслями. Как правило, таким тесно становится в рамках актёрской профессии, они начинают сочинять музыку, писать стихи, пьесы, рассказы, повести или перерастают в режиссёров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное