Читаем Банда полностью

– Да, это так – безутешно кивнул медэксперт, не отрывая взгляда от трупа. – Сердце десятилетиями гонит кровь, перекачавает ее за жизнь тысячи тонн, но что заставляет его работать… Сие есть тайна.

– Если я правильно понял, – не в силах больше стоять рядом с мертвецом, Пафнутьев отошел к окну, – человек, выпивший такое количество водки, впадает в бессознательное состояние?

– Да, так можно сказать, – с загадкой в голосе проговорил медэксперт и взглянул на Пафнутьева сквозь свои необыкновенно толстые очки. – Хотя известны случаи, когда люди и в таком состоянии совершали весьма осмысленные действия…

– Например?

– Например, сажали самолеты, – эксперт решил, видимо, что не стоит говорить более подробно, вряд ли поймет все сказанное этот полноватый человек с неподвижным лицом.

– Надо же, – без интереса произнес Пафнутьев, – так не бывает, – добавил он, чтобы не огорчить собеседника равнодушием. – Мне бы очень хотелось, чтобы вы в заключении подробно отразили именно этот момент.

– Какой, простите?

– О котором только что рассказали. О том, что в желудке этого человека обнаружено количество водки, позволяющее предполагать его бессознательное состояние во время происшествия. Ведь это так?

– Я в этом уверен. Учитывая его небольшую комплекцию и полное отсутствие закуски…

– Постойте-постойте! – остановил Пафнутьев. – Подробнее о закуске, пожалуйста.

– Подробнее не получится. В желудке ее попросту нет.

– То есть вы утверждаете, что он выпил бутылку водки не закусывая? Я правильно понял?

– Да, вы понятливый человек, – лицо медэксперта искривилось, и Пафнутьев не сразу сообразил, что это была улыбка. – Меня настораживает данное происшествие… Погибший не был пьяницей. Его внутренние органы в очень хорошем состоянии. Он вел жизнь весьма здоровую. И вдруг это страшное количество водки в пустом желудке… Сие есть загадка. Меня она наводит на размышления, – он посмотрел на Пафнутьева, словно надеясь найти понимание.

– Меня тоже, – кивнул следователь. – Скажите… Нет ли у него в полости рта, на губах, на деснах… или еще где-нибудь… Нет ли там небольших повреждений, ссадин, царапин… Я имею в виду…

– Есть. – Не дал ему договорить эксперт. И внимательно посмотрел на Пафнутьева – оценил ли он смысл его ответа.

– И это будет отражено в заключении?

– Уже.

– И в заключении можно высказать предположение – откуда могли появиться эти ссадины?

– Уже, – повторил эксперт и, взяв со стола несколько листков, протянул Пафнутьеву.

Тонкая бумага чутко передавала дрожание рук. «То ли волнуется, – подумал Пафнутьев, – то ли в самом деле поддает…» На последней страничке стояла жирная фиолетовая печать, заковыристая подпись, дата, указано место и время. Пробежав глазами по строчкам и убедившись, что все необходимое в тексте отображено, Пафнутьев сложил листки и спрятал их в карман, неосторожно обнажив рукоятку пистолета.

– И до этого дошло? – усмехнулся эксперт невероятной своей улыбкой.

– Значит, вы утверждаете, что его внутренние органы были совершенно здоровы? – спросил Пафнутьев, не пожелав услышать последнего вопроса.

– Впечатление такое, что он никогда не пил. Его внутренности можно показывать студентам. Как пример для подражания. И об этом я написал в заключении, – предупредил эксперт следующий вопрос следователя. – Если уж мы с вами заговорили открытым текстом, то могу предположить… Это был здоровый человек. Примерно тридцати пяти лет, в которого насильно влили поллитра водки, дождались, пока он опьянеет настолько, что потеряет ощущение реальности, и… – эксперт замялся.

– И выбросили с девятого этажа, – подсказал Пафнутьев.

– Где-то так… Выбросили, сбросили, столкнули…

– Это точно? То что они дождались опьянения?

– Понюхайте его мозг, – эксперт отбросил простыню, заставив Пафнутьева содрогнуться. – Понюхайте, – настаивал он. – От него просто разит алкоголем.

– Верю на слово, – Пафнутьев пожал красную от постоянного мытья руку эксперта. – Кто-нибудь уже интересовался результатами вскрытия? До меня?

– Было.

– Кто?

Эксперт натянул простыню на вскрытый череп, разгладил складки, посмотрел на свою работу, склонив голову, почти стыдливо взглянул на Пафнутьева.

– Зачем это вам?

– А затем, что в эту дурацкую жару я вынужден таскать с собой больше килограмма железа, – он показал на выпиравшую из-под пиджака рукоять пистолета. – Если я правильно понимаю, интересовался человек, который делает это впервые?

– Да, впервые. Раньше ваше руководство подобные вещи не интересовали, – эксперт поднял голову и посмотрел Пафнутьеву в лицо. Его глаза за стеклами очков были расплывчаты и мутны. – Я надеюсь, что вы…

– Договорились, – ответил Пафнутьев. – Спасибо. Большое спасибо, – и он поспешил выйти на свежий воздух, на солнце и зной, к живым людям, которые хотя и ведут себя не очень хорошо, пакостят, ругаются, пьют водку, но все-таки остаются живыми. Посещения морга всегда действовали на Пафнутьева угнетающе.

* * *