Читаем Баллада Редингской тюрьмы полностью

Баллада Редингской тюрьмы

В эту книгу вошли новые, уточненные и полные переводы уайльдовской прозы и поэзии: бессмертный роман "Портрет Дориана Грея", шедевр его драматургии — пьеса "Саломея", трогательная и легкая повесть "Кентервильское привидение", изящные сказки, пронзительная "Баллада Редингской тюрьмы", а также обжигающая своей искренностью исповедь "De Profundis", которую можно считать и исповедью великого страдальца, и покаянием великого грешника, и автобиографией души великого художника..

Оскар Уайлд

Поэзия18+

Баллада Редингской тюрьмы

1

Он не был больше в ярко–красном,   Вино и кровь он слил,Рука в крови была, когда он   С умершей найден был,Кого любил — и, ослепленный,   В постели он убил.И вот он шел меж подсудимых,   Весь в серое одет.Была легка его походка,   Он не был грустен, нет,Но не видал я, чтоб глядели   Так пристально на свет.Я никогда не знал, что может   Так пристальным быть взор,Впиваясь в узкую полоску,   В тот голубой узор,Что, узники, зовем мы небом   И в чем наш весь простор.С другими душами чистилищ,   В другом кольце, вперед,Я шел и думал, что он сделал,   Что совершил вон тот, — Вдруг кто–то прошептал за мною:«Его веревка ждет».О, боже мой! Глухие стены   Шатнулись предо мной,И небо стало раскаленным,   Как печь, над головой,И пусть я шел в жестокой пытке, —    Забыл я ужас свой.Я только знал, какою мыслью   Ему судьба — гореть.И почему на свет дневной он   Не может не смотреть, — Убил он ту, кого любил он,   И должен умереть.Но убивают все любимых, —    Пусть знают все о том, — Один убьет жестоким взглядом,   Другой — обманным сном,Трусливый — лживым поцелуем,   И тот, кто смел, — мечом!Один убьет любовь в расцвете,   Другой — на склоне лет,Один удушит в сладострастьи.   Другой — под звон монет,Добрейший — нож берет: кто умер,   В том муки больше нет.Кто слишком скор, кто слишком долог,   Кто купит, кто продаст,Кто плачет долго, кто — спокойный —   И вздоха не издаст,Но убивают все любимых, —    Не всем палач воздаст.Он не умрет позорной смертью,   Он не умрет — другой,Не ощутит вкруг шеи петлю   И холст над головой,Сквозь пол он не уронит ноги   Над страшной пустотой.Молчащими не будет ночью   И днем он окружен,Что все следят, когда заплачет,   Когда издаст он стон, — Следят, чтоб у тюрьмы не отнял   Тюремной жертвы он.Он не увидит на рассвете,   Что вот пришла Беда,Пришел, дрожа, священник в белом,   Как ужас навсегда,Шериф и комендант, весь в черном,   Чей образ — лик Суда.Он не наденет торопливо   Свой каторжный наряд,Меж тем как грубый доктор смотрит,   Чем новым вспыхнул взгляд, — Держа часы, где осужденья   Звучат, стучат, стучат.Он не узнает тяжкой жажды,   Что в горле — как песок,Пред тем, когда палач в перчатках   Прильнет на краткий срокИ узника скрутит ремнями,   Чтоб жаждать он не мог.Слова молитв заупокойных   Не примет он, как гнет,И, между тем как ужас в сердце   Кричит, что он живет,Он не войдет, касаясь гроба,   Под страшный низкий свод.Не глянет он на вышний воздух   Сквозь узкий круг стекла,Молясь землистыми губами,   Чтоб боль скорей прошла,Не вздрогнет он от губ Кайафы,   Стирая пот с чела.

2

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мудрость
Мудрость

Широко известная в России и за рубежом система навыков ДЭИР (Дальнейшего ЭнергоИнформационного Развития) – это целостная практическая система достижения гармонии и здоровья, основанная на апробированных временем методиках сознательного управления психоэнергетикой человека, трансперсональными причинами движения и тонкими механизмами его внутреннего мира. Один из таких механизмов – это система эмоциональных значений, благодаря которым набирает силу мысль, за которой следует созидательное действие.Эта книга содержит техники работы с эмоциональным градиентом, приемы тактики и стратегии переноса и размещения эмоциональных значимостей, что дает нам шанс сделать следующий шаг на пути дальнейшего энергоинформационного развития – стать творцом коллективной реальности.

Дмитрий Сергеевич Верищагин , Александр Иванович Алтунин , Гамзат Цадаса

Карьера, кадры / Публицистика / Сказки народов мира / Поэзия / Самосовершенствование
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное