Читаем Балаустион полностью

— Этот — дурацкий мим с приклеенной бородой и напудренными щеками. Да и тот не то потерял сознание, не то умер с перепугу, — раздельно произнес в наступившей тишине его голос. Самого Тисамена видно не было, Галиарт различал лишь его размытую тень и еще одну, безмолвно скорчившуюся на земле.

— Нас провели, — прошипел Коршун.

— Или Ион ошибся, — прорычал Пирр. — Но сейчас мы все узнаем.

Царевич опустился на корточки подле одного из вжатых лицом в землю охранников.

— Ты узнаешь меня, дружище Пактий?

— Пирр Эврипонтид? — изумленно прохрипел тот, придавленный к земле упершимся в спину коленом Лиха. — Какого демона… Вы что вытворяете?

— Нет, это вы какого демона здесь делаете? — с нажимом произнес царевич. — Кто этот бедняга? И где наши товарищи, похищенные сегодня днем?

Пактий задергался, и Лиху пришлось отвесить ему внушительного тумака, чтобы привести в чувство.

— Никого из ваших мы не трогали, — задыхаясь, прошипел «белый плащ». — А эти… пара придурков, задолжавших мне деньги.

— И за это ты решил отправить их кормить раков с каменными «поплавками» на шее? — подал голос Феникс.

— Побойся богов, какие раки? — горячо возмутился Пактий. — Припугнуть хотел, и только! Клянусь!

Спасенный торговец пирожками, услышав это, вдруг дико, в голос, зарыдал.

— За что эти люди схватили тебя? — Галиарт потряс Мегакла за плечо. — Где они тебя держали? С тобой был кто-нибудь еще, высокий молодой парень, афинянин?

Продолжая всхлипывать, Мегакл энергично затряс толстыми щеками.

— Нет, никого не видел, господин военный. Я… виноват, я действительно задолжал этим господам… деньги, — несмотря на то, что его мучители были распростерты на земле, торгаш смотрел на них с неприкрытым страхом.

— Эх ты, шкура! Они ведь тебя утопить собирались, и если бы не мы… — зло бросил Галиарт и выпрямился, с отвращением отстранившись от дрожащего лжеца.

— Где Леонтиск, собака? — заорал Лих, резко заламывая Пактию руку. — Говори, мразь, на куски изорву!

— Ты что, олух, спятил? — взвизгнул от боли охранник. — Отпусти! Не видел я вашего афиненка!

Лих и не подумал прекратить, задирая руку Пактия все выше. Тот ругался и скрипел зубами, но не сознавался.

— Мы теряем время, — раздраженно заметил Тисамен, наблюдая за этими бесплодными попытками.

— Что будем делать, командир? — наконец, сдался и Лих. — Может, разведем костер и будем жарить им пятки, пока кто-нибудь не признается?

— Этого не потребуется, сейчас он все скажет, — тихо проговорил Пирр.

Вынув из ножен у пояса отцовский кинжал, с рукоятью в виде оскалившегося вепря-секача, Эврипонтид присел у головы Пактия и приставил острие кинжала к его затылку.

— Сейчас ты скажешь, где наш товарищ, или умрешь, — просто сказал царевич. Но у Галиарта волосы зашевелились на голове: он ни на мгновенье не усомнился, что Пирр не шутит — так это было произнесено.

— Командир, ты ведь… — сухой язык прилип к гортани.

Пактий тоже понял, что костлявая уже намотала нить его жизни на пальцы, чтобы оборвать ее. Внезапно стало очень тихо, даже торговец Мегакл перестал скулить.

— Афиняне были еще во дворце, в подвале, когда мы вышли, — глухо произнес «белый плащ», не поднимая лица от земли. — Их должны были повести другие, декада Гермократа.

— Куда? Зачем?

— В Персику, главными воротами. Больше ничего не знаю, клянусь!

— Проклятье! — Лих вскочил на ноги. — Нужно лететь к Персике, немедленно!

— Поздно, дерьмовое дерьмо, слишком поздно! — помотал головой Феникс.

— Командир? — Галиарта трясло.

— Идем! — решил Пирр, медленно вкладывая кинжал в ножны. — Ублюдков оглушите, связывать некогда.

Раздались глухие удары и вскрики.

— Этого тоже? — спросил Энет, хватая за шею снова забившегося в истерике продавца пирожков.

— Не надо, — поморщился Пирр. — Вдруг «белые» очнутся раньше, чем он, и все-таки решат его утопить. Пусть идет домой. И тому, второму, плесните в лицо воды, пусть очнется.

Энет нехотя разжал пальцы, и Мегакл, забыв поблагодарить, медленно, то и дело оглядываясь, словно не веря, что его отпустили, двинулся к городу. Лишь отойдя на некоторое расстояние, он тяжело, с шумом, побежал.

— Если ты надеешься, командир, что этот даст показания в суде, то зря, — повернулся к Пирру Лих.

— Да, похоже, они его здорово запугали, — хмыкнул Тисамен.

— Заткнитесь. К городу, бего-ом! — скомандовал царевич.

Они послушались мгновенно, привыкнув повиноваться этому голосу еще полтора десятка лет тому назад. Бежали, не скрываясь, теперь важна была скорость. Камыш трещал и хлестал молодых воинов по ногам, кусты стряхивали на них с веток ночную влагу. Холодало.

У первых домов их окликнули. От темной стены отделилась и бросилась им навстречу фигура.

— Менандр!

— Это вы!

— Что случилось?

— Еще два пленника с охраной! — Менандр пристально осмотрел всю группу, но не заметил пополнения. — И, как я понимаю, именно те, кто нам нужен. Их повели куда-то в центр города, Ион сразу отправил меня сообщить вам, а сам пошел следом….

— Мы знаем, куда они направляются! — отрезал Пирр. — Когда?

— Полчаса назад или чуть больше.

— Проклятье, — прошептал Галиарт.