Сараев качает головой: вроде отсутствовали всего час, а набили столько немцев, сколько все его ребята за хороший бой. Я же сижу, привалившись к стене и прокручиваю мысленно всю вылазку. Нахожу ошибки, ищу решения неожиданно попавшихся трудностей. Сложное это дело, командовать штурмовой группой. Ответственность большая, ведь люди тебе доверяют, и задача командира — нанести максимальный ущерб врагу и сохранить своих при этом. Тем более, что на удачу рассчитывать не стоит. Требуется точное знание противника и тщательная подготовка. Но стоит взять на вооружение эту тактику. Ещё как стоит…

Рядом кто-то присаживается и вздыхает. Открываю глаза — это Татьяна.

— Как ты, командир?

— Нормально, солнышко. Видишь, и сходили хорошо, и вернулись все.

— Да я не об этом, командир. Где часы разбил?

С недоумением смотрю на запястье: точно! Стекло моих трофейных часов вдребезги. Тем не менее, тикают они исправно. Умеют же делать фрицы!

— Тут у соседей, на берегу, часовых дел мастер есть. Могу проводить.

— Хорошо, Танюша, договорились. Сейчас у Андрей Андреича отпрошусь, и сходим…

Мы пробираемся по городу. Наш путь лежит по подземным трубам, ходам сообщения, иногда — через подвалы, где на нас смотрят голодные глаза не успевших эвакуироваться, а то и не захотевших это сделать местных жителей. Но эти глаза глядят на нас не со злостью или ненавистью, а наоборот, с надеждой и верой… Вот и берег. Он завален разбитыми ящиками, грудами арматуры, листами железа и станками. Множество мёртвых тел в разнообразных позах.

— Не успевают убрать, товарищ майор… — Почему-то виновато шепчет девушка.

Я киваю в ответ.

Вот и обрывистый берег, в котором выкопана крошечная землянка, выложенная брёвнами. Часовых дел мастер оказывается молодым сержантом с добрым и умным лицом. Мы терпеливо дожидаемся, пока он не кончит смотреть старинные ходики. Ловкими движениями парень вынимает из корпуса механизм, вставляет в глаз настоящую лупу, самодельными инструментами орудует внутри точного агрегата. Несколько минут, и он протягивает уже починенные часы заказчику. Приятный, чуть хриплый голос:

— Главное, заводи вовремя. Следующий!

Мы подходим к его прилавку. Снимаю с руки трофей и протягиваю мастеру. Тот окидывает меня взглядом, затем начинается колдовство. Словно заворожённый я наблюдаю за его работой. Люблю, когда попадается настоящий мастер! Воистину, человеку никогда не надоедает две вещи: первое, смотреть на огонь, и второе — глядеть, когда люди работают…

— Жаль, товарищ майор, но у меня нет такого стекла. Тут особое надо… А ремешок бы я на вашем месте — поменял.

— Почему?

Сержант почему-то оглядывается, а потом выдаёт:

— Он ведь кожаный, товарищ майор?

— Да. Только понять не могу, что за кожа. Не свиная, не телячья…

— Человечья, товарищ майор…

— ЧТО?!!

Словно ошпаренный, я хватаю часы с доски, служащей мастеру рабочим столом и изо всех сил запускаю их в Волгу. Сверкнув корпусом, они исчезают в воде…

… Подавленные, мы возвращаемся назад, в расположение…

Воистину, людоедский этот режим. Нельзя фашистов назвать людьми, если они ТАКОЕ вытворяют… Поздний вечер. Уже темно, но мне не спится. Столько времени таскать эту мерзость на руке!

Я ухожу в передовые окопы. Устроившись в одном из укрытий, отрытых под бетонной плитой, наблюдаю за немцами. Их оборона проходит в тридцати метрах от нас. Можно легко докинуть гранатой. В одном из окон видны отблески огня. Видать, кофе варят, или просто греются… Внезапно оттуда доносится гнусавый звук губной гармошки, затем хриплые нестройные голоса запевают:

Ночь — время перемирия, как ни дико это звучит. Когда темно — стихают выстрелы пушек, грохот танковых моторов, резня штыковых атак. Все спешат убрать раненых, доставить боеприпасы, привести пополнение, накормить уставших, измученных бойцов. Почти никогда ночью мы не воюем… Катюша затихает. Но вот вновь звучит гармоника. На этот раз запели «Лили Марлен»… И мои губы сами шепчут припев:

— О, Лили Марлин…

Небо затянуто дымом пожарищ. Часов у меня больше нет. Даже не сориентироваться, сколько время. Но, судя по желудку — пора бы возвращаться, часа два уже прошло. На следующую вылазку пойдём за этими певунами. Разберёмся…

Глава 36