Читаем Bad idea полностью

В качестве восхищения показываю ей два больших пальцах, вызывая у моей подруги влюбленную улыбку. Лоя пытается привлечь внимание Сары, но она слишком увлечена беседой со своим парнем. Когда её это не устраивает, она совершенно по-хамски бьет подругу по плечу и кивком головы указывает в мою сторону, как бы невзначай давая понять, что нужно поблагодарить меня за помощь. Сара одаривает меня не менее довольной улыбкой и в благодарственном жесте прикладывает ладонь к груди в области сердца. Кажется, мои советы действительно помогли.

На втором ряду сидит Лора в гордом одиночестве, сдержавшая обещание данное самой себе: никаких парней. И признаться, отсутствие мудаков, которые только использовали её и не ценили, пошло Кросс на пользу. Рядом с ней Элис сдувает пылинки с Адама что-то постоянно нашептывая ему на ухо. Они выглядят еще более милыми и влюбленными, чем мы с Хардом.

По нашему ряду на соседнем секторе я обнаруживаю Брэда, и живот скручивает узлом от тошноты. Рядом с ним девушка – Лара. Покорно ожидает его внимания, на свой страх и риск положив свою тонкую ручку на ногу Вудли. Это ненавязчивый способ проявления любви и учитывая, что Брэд ее не отверг, ему нравится. Более того, Вудли нуждается в любви этой девушки.

– А сейчас слово предоставляется нашему выпускнику, – уверена, мисс Кёртис мысленно перекрестилась, произнося эти слова, – Томасу Харду.

По футбольному полу разлетаются бурные аплодисменты и громкие крики диких футболистов, поддерживающие своего собрата, который удостоен такой чести.

Аманда почтенно уступает Томасу своё место за кафедрой и спускается по ступенькам со сцены, в то время как Хард абсолютно плевать хотел на нормы и поведения в обществе. Брюнет подбегает к сцене, упирается ладонями в пол и запрыгивает прямо из зрительного зала на сцену подобно рок-звезде. Поправляет съехавшую набок шапочку выпускника, смешно откидывая кисточку и салютует мисс Кёртис. Со своего места замечаю, как она безнадежно покачивает головой, и я почему-то убеждена, что улыбается.

– Я подготовил речь. – Голос Томаса отчетливо разносится по всему стадиону. – Даже написал речь. Хотя на самом деле я не собирался выпускаться в этом году. Точнее, вообще был не уверен, что выпущусь. – Задумчивая улыбка на губах Харда превращает его в профессионального фокусника, который интригует зрителей и не спешит раскрывать свои секреты. – Вы ждете от меня пламенных речь и жизненных наставлений, но для этого вы выбрали не того студента.

Волна одобрительного смеха прокатывается по рядам.

Боже, Хард, да ты прирожденный актер!

– Этот год перевернул всю мою жизнь вверх дном… – взгляд Томаса устремлен на меня и каждое его слово сейчас дороже всех признаний и обещаний, произнесенных ранее. На глазах у всего университета Хард буквально признает моё значение в своей жизни. – В моей жизни появился человек, который оставался рядом несмотря на моих демонов и научил меня… любить. А когда ты влюблен хочется поступать правильно. Поэтому очевидно, что, если бы я не выпустился, она бы меня просто убила.

Смеюсь сквозь слёзы, чувствуя, как горят глаза от жгучих капель, и пылают уши от неловкости и повышенного внимания. Все уже давно поняли, что выпускная речь Харда – это всего лишь предлог, чтобы публично открыть мне своё сердце. Одна я, идиотка, продолжаю ждать каких-то дельных советов.

– Если я чему-то и научился в этом году, то только тому, что в жизни каждого однажды появляется тот человек, ради которого ты захочешь измениться. Теперь и у меня есть такой человек… – сохраняя наш зрительный контакт, Хард комкает листок бумаги около микрофона и оглушающий шелест бумаги разлетается по полю. – Вам, мисс Кёртис, я выражаю особую благодарность. Спасибо, что терпели и не выгнали меня, хотя я давал много шансов это сделать. – Очаровательная улыбка подлеца отплясывает на губах Томаса. – В качестве морального ущерба могу нарисовать ваш портрет. Повесите его в своем кабинете и глядя на него будете вспоминать обо мне, – Хард говорит с придыханием и театрально прижимает ладони к сердцу.

Студенты сгибаются пополам от смеха и припадочно ржут, наконец-то дождавшись настоящей выпускной речи.

– Спасибо… – Том задерживает серьезный взгляд на мисс Кёртис и медленно проходится по всему преподавательскому составу, отдавая им дань уважения, и возвращается ко мне. Потому что все слова благодарности так или иначе предназначены для меня одной.

– Ты такой актер, Хард, – висну у него на шее и плотно прижимаюсь к твердому прессу, пока брюнет подпирает задницей капот своей машины. Кончиком носа задеваю его приоткрытые губы и перебираю волосы. Ладони Томаса покоятся на моей талии.

– Мне понравилась твоя речь, – шепчу в губы и невесомо целуя, настолько не ощутимо, что Хард подвывает от потребности и углубляет поцелуй, бестактно прорвавшись языком в мой рот.