Читаем bacde8214d448210e41a3677624da803 полностью

фронтовиков, Конституция, равные права и равные возможности. Закон

один для всех. Служение и Освобождение. Десятки, сотни и тысячи

обещаний.

Я давал обещания, я генерировал идеи и креатив, я собрал команду

толковых единомышленников. Вместе мы остановили смуту, победили в

войне, завоевали Проливы и всю Ромею, присоединили к России Галицию и

Западную Армению, а один из моих дворцов находится сейчас в

Иерусалиме.

Но пришла пора выполнять обещанное. Пришла пора платить по

счетам.

Сполна.

Но, нет, господа-товарищи, меня в дом купца Ипатьева вы точно не

загоните ни при каких обстоятельствах, а Машу с детьми достать вам не

удастся! Эвакуация подготовлена и на этот случай, а Рим не бросит свою

любимую принцессу. Я позаботился и об этом.

Но, это самый крайний, теоретический случай.

Ибо буду я драться до конца.

* * *

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. ГДЕ-ТО СЕВЕРНЕЕ НОВОГО

ИЛИОНА. 4 октября 1918 года.

— Дамы и господа, граждане и товарищи! Поезд дальше не идет!

Прозвучало на русском и греческом. Причем, понятно было, что по-гречески этот офицер говорит пока плохо. Однако, смысл сказанного был

ясен

всем

присутствующим,

вне

зависимости

от

этнической

принадлежности и вероисповедания оных. Пассажиры тут же обеспокоенно-возмущенно зашумели, обмениваясь репликами на разных языках

Обетованной. Тем временем, бравый поручик, в форменной офицерской

маске «от Натали», поднял руку, призывая к тишине.

Дождавшись, когда нервная тишина все же была установлена, офицер, козырнул и громко сообщил по-русски, не размениваясь на другие языки:

— Офицер Империи Единства поручик Иванов, честь имею! По

приказу

Ее

Императорского

Высочества

Местоблюстительницы

Императорского Престола Ромеи Великой Княгини Ольги Александровны, в

провинции Троада введено особое эпидемиологическое положение. В

Новом Илионе и ряде мест округи отмечены многочисленные очаги

заражения «американкой». Въезд и выезд из провинции Троада закрыт.

Введен всеобщий карантин. Согласно статьи 15-й Правил о местностях, объявленных на особом эпидемиологическом положении, а также на

основании статьи 21-й Положения об управлении войсками в условиях

особого эпидемиологического периода, на дорогах Троады установлены

блокпосты, вокруг очагов заражения выставлено оцепление. Любые

попытки покинуть район карантина будут решительно пресекаться, вплоть

до применения оружия. Пассажиры, имеющие постоянную регистрацию на

территории провинции Троада, после прохождения установленного законом

карантина, смогут проследовать к месту своего проживания, остальные

пассажиры сейчас будут возвращены этим же поездом обратно к пункту

отправления или на любую другую предыдущую станцию по пути

следования состава.

Иван Никитин даже присвистнул. Да, уж, не было печали! Похоже, накрылась его командировка медным тазом, и в Новый Илион ему не

попасть! Неужели ситуация настолько ухудшилась за столь короткое время?

Впрочем, все это сейчас не имеет никакого значения. А значение имеет

только тот факт, что он застрял в этом вагоне прямо на границе между

Вифинией и Троадой.

Поручик, меж тем, продолжал:

— Еще раз напоминаю, что, если кто-то чувствует в себе симптомы

болезни, тому необходимо вызвать к себе доктора или фельдшера из

бригады скорой помощи Императорской Службы Спасения. Вся

необходимая и возможная помощь будет вам оказана по вашему месту

жительства или пребывания. Помните о том, что скученность и толпы, в том

числе и в приемных отделениях больниц, являются одними из основных

мест заражения. Избегайте любых толп, а, тем более, базаров, вокзалов и

прочих мест, где можно легко поймать заразу.

Офицер обвел притихший вагон своим отеческим взором и весело

подвел итог своей проникновенной речи:

— И, вообще, сидите дома, господа!

* * *

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ.

ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». КАБИНЕТ ЕГО

ВЕЛИЧЕСТВА. 4 октября 1918 года.

— Да!!!

Появился мой начальник Канцелярии генерал барон Николай Врангель.

— Ваше Императорское Величество! Прибыл председатель

правительства Российской Империи генерал от артиллерии граф

Маниковский. Вот подготовленные бумаги. Еще доставили заказанную вами

книгу Джона Рида «Десять дней, которые потрясли мир». И в приемной Его

Светлость Светлейший Князь Илионский.

Принимаю книгу, папку с документами и киваю.

— Что ж, запускайте по старшинству.

Барон склоняет голову и покидает мой кабинет. Его тут же сменяет

Светлейший Князь.

— Привет, пап!

Целую мальчика в лоб.

— Привет, сын. Как дела?

— Нормально. Флигель просто отличный, моя банда в полном

восторге!

Усмехаюсь.

— Наслышан о том, как вы там куролесили до полуночи.