Читаем Азарт полностью

А за окном была весна…Сарьян смотрел в окно и плакалИ жилка билась у виска.И горы отливали лаком. Год или сутки суеты.Как мало жить ему осталось!В его руках была усталость.Печаль просилась на холсты. А солнце наполняло дом.Оно лилось в окно лавиной,Как будто шло к нему с повиннойЗа то, что будет жить потом. Потом, когда его не будет.Но будет этот небосклон,И горы в матовой полуде,И свет, идущий из окон. Всё было в солнце: тот портрет,Где Эренбург смотрел так странно,Как будто жаль ему Сарьяна,Который немощен и сед. Всё было в солнце: каждый штрих,Веселье красок, тайна тени.И лишь в глазах, уже сухих,Гас и смирялся свет весенний. "О, только б жить!На мир смотреть.И снова видеть солнце в доме.Ловить его в свои ладониИ вновь холсты им обогреть…""Прекрасна жизнь!" — он говорил.Он говорил, как расставался.Как будто нам себя дарил.И спрятать боль свою старался.

Срывают отчий дом

Срывают отчий дом.Как будто душу рушат.Всё прошлое — на слом.Прощаемся с минувшим.Прощаемся с собой.Ведь столько лет послушно.Как маленький собор.Хранил он наши души.Всю жизнь мы жили в нём.Беду и радость знали.Охвачены огнёмМои воспоминанья.Как жаль, что довелосьДожить до дня такого…Отец не прячет слёз.Застряло в горле слово.И дом в последний разГлядит на всех незряче.То ли жалеет нас,То ль о минувшем плачет.

С таких высот

Вы всё о высшихПроявленьях духа?.. Хоть жизнь сложна,Для вас загадок нет.ПоэзияКак мудрая старуха:Что ни вопросУже готов ответ.Вы всё о высшихПроявленьях духа?..Мне вашу бы премудростьОдолжить.Но к чьим-то болямСердце станет глухо.Как рядом с горемБезмятежно жить?А ваша мысльТак высоко витает,Что ей себяНе в силах превозмочь…С таких высот не видно,Кто страдает.С таких высотКак ближнему помочь?

Виденье

А. Пьянову

Хочу спросить, —Не знаю — у кого.Как дальше жить,Когда душа в смятенье?И вроде не случилось ничего…Смешно сказать —Явилось мне виденье.Оно явилось на исходе дняОт встречи с нимЯ суеверно вздрогнул.Прекрасный образ снега и огняНа синем фоне —Яростном и строгом.Я оказался посреди огня.Нам разминуться было слишком поздно.И я подумал:"Что-то ждёт меня,Когда огоньМне прямо в душу послан?"Но пламя было холодно как снег.А снег пылал и оставался снегом.И синий цветВдруг превратился в смехИ захлебнулся этим синим смехом.Мне было одиноко и легко.И страшно было.И неотвратимо…Меня к огню по-прежнему влекло,Но я летел куда-то мимо, мимо.Хочу спросить, —Не знаю — у кого,Что означает странное виденье?Опасность?А быть может, торжество?И как мне жить.Когда душа в смятенье.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Расправить крылья
Расправить крылья

Я – принцесса огромного королевства, и у меня немало обязанностей. Зато как у метаморфа – куча возможностей! Мои планы на жизнь весьма далеки от того, чего хочет король, но я всегда могу рассчитывать на помощь любимой старшей сестры. Академия магических секретов давно ждет меня! Даже если отец против, и придется штурмовать приемную комиссию под чужой личиной. Главное – не раскрыть свой секрет и не вляпаться в очередные неприятности. Но ведь не все из этого выполнимо, правда? Особенно когда вернулся тот, кого я и не ожидала увидеть, а мне напророчили спасти страну ценой собственной свободы.

Елена Левашова , Людмила Ивановна Кайсарова , Марина Ружанская , Юлия Эллисон , Анжелика Романова

Короткие любовные романы / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Романы
Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия