Читаем Автовор полностью

Смагер решился на контакт и постучал в окно. Мужик недовольно опустил стекло:

– Чего тебе?

– Свирепствуют? – кивнул в сторону таможенного пункта Смагер.

– А то не знаешь!

– А сколько просит сверху?

– Три за растаможку и три ему.

– Круто! – сочувствуя, покачал головой Смагер.

Мужика, который, судя по всему, за все эти дни не мог никому пожаловаться на произвол таможенных властей, словно прорвало:

– Представляешь, машине пять лет. Тем более она – битая. Можно сказать, лом. Я ее купил за пять. Тысячу еще потратил, чтобы запастись кое-какими запчастями и в доме бывшего хозяина сам вытянул передок, подрихтовал, подкрасил. А эти мне теперь говорят, что купчая на пять тысяч им не указ. И такая тачка стоит не менее двадцати тысяч баксов. Но, если дашь три сверху, то таможенную пошлину заплатишь в пределах двух с половиной. Но нет у меня таких денег. У меня всего три с половиной осталось. И где брать – не знаю.

– А они что?

– Грозятся завтра конфисковать машину и поставить в отстойник. А за день хранения по сто баксов.

Смагер постучал пальцами по крыше салона:

– Могу предложить выход.

Мужик с надеждой во взгляде впервые оглядел лицо Смагера и проговорил с подозрением:

– Опять кому-то нужно отстегивать?

– Почти угадал, – кивнул головой Смагер и вытащил удостоверение. – Я из МУРа. Но в гости, в салон, пригласишь или нет?

А вечером владелец «Ауди» передал в конвертике таможенному инспектору Еремину три тысячи помеченных долларов. Еще через минуту коллеги из питерского уголовного розыска помогли Смагеру вытащить из форменной шинели Еремы злополучный конверт и составили акт изымания взятки.

Таможенник понял, что сгорел с потрохами. Терять ему было нечего, и он, оставшись наедине со Смагером, не моргнув глазом, предложил тридцать тысяч «зеленых» в качестве откупных.

Смагер отвернулся.

– Хорошо, – сказал Ерема, – свобода дороже всяких денег. Даю полста.

Смагер придвинул стул ближе к таможеннику и присел на краешек.

– Я готов взять взятку, – сказал он, – но только не деньгами.

– Хочешь крутую тачку? – глаза Еремы заблестели. – Только скажи модель, и через пару дней она будет стоять около твоего подъезда. Нет проблем.

– Чистая? – прищурил глаза Смагер. – Не ворованная?

– Обижаешь, начальник.

– А если мне нужна именно ворованная?

У Еремы от изумления расширились зрачки, и он посмотрел на Смагера как на сумасшедшего:

– Ничего не понимаю.

Смагер решил отбросить эзопов язык и жестко сказал:

– Мне нужны люди, которые проводят через таможню украденные на Западе автомобили.

– Я таких не знаю, – сразу опустил глаза Ерема. – Хочешь, откуплюсь деньгами, хочешь недвижимостью или так называемой движимостью…

– Мне нужно знать тех, кто платит деньги за таможенное оформление угнанных автомобилей, – еще раз повторил Смагер и добавил: – И тогда я на твоих глазах сожгу протокол задержания и видеопленку момента передачи денег. Даю слово офицера.

Ерема чуть оживился и сверкнул глазами:

– Лучше отсидеть пяток лет, чем гнить в земле сырой. Знаешь, как за такие вещи благодарят?

– О твоих показаниях никто и знать не будет. Мне нужны только имена и фамилии. А возьмем мы их при продаже ворованных машин.

Ерема молчал недолго:

– Какие гарантии?

– Я же сказал – слово офицера.

– Ты с такой гордостью это произносишь, что я начинаю верить в это самое «слово офицера». Записывай…

Смагер последний раз ехал в морской порт, чтобы успеть к отправке парома в Хельсинки.

Теперь он знал, что в группу по скупке и продаже ворованных автомобилей входят не только уголовные авторитеты, но и некоторые представители государственных органов. Двое из них занимали высокие должности в санкт-петербургской таможне. Но на страницах его служебного блокнота хранились не только фамилии представителей нелегального автобизнеса, но и имена зарубежных туристов, прибывавших в течение последней недели на своих автомобилях для знакомства с Россией.

Смагер нисколько не обманывал Соню, когда, встретив ее на перроне, радостно сообщил, что к ее приезду у него покончено со всеми служебными делами. Но произошел неординарный случай. У пятерых туристов, имена которых были записаны в его блокноте, угнали автомобили. У всех сразу. Не в Питере, а в Новгороде.

Поэтому эта экскурсия в морской порт у Смагера была не запланирована. И, может быть, совсем необязательна. Но капитану МУРа так хотелось хоть одним глазком взглянуть на пострадавших. Хотя бы издалека.

На обратном пути Смагер заехал на центральный телеграф и заказал телефонный разговор с Москвой.

– Как успехи? – услышал он голос Зубкова.

– Лучше быстрее берите ручку и записывайте имена преступников, Владимир Иванович. А то моей холостяцкой зарплаты не хватит на оплату разговора. Значит, первый – господин Бакланов, заместитель начальника таможенного контроля порта… Еще Муса Джамаев по кличке Шамиль. Это уже наш, московский перекупщик.

Продиктовав последнюю фамилию, Смагер иронически спросил:

– Ну как, товарищ подполковник, вы довольны работой своего подчиненного?